– Когда же мы сможем свободно передвигаться по своей земле? – с печалью в голосе промолвила Сиерра обратной дорогой. Присутствие человека ей уже несколько поднадоело.
– Не долго. Совсем недолго, – ответил ей Айрон. – Когда мы завершим переход, мы раз и навсегда изгоним человека из нашего дома. Надо только немного потерпеть.
– Скорей бы уже, – отчаянно изрекла самка. – Если бы мне можно было, я бы сделала переход вместе с тобой, Айрон, и уничтожила бы пару людишек, – с некоторым гневом продолжила Сиерра. – Хотела бы я видеть его перепуганный взгляд, когда он увидит перед собой резкую метаморфозу.
– У тебя сейчас дело по важнее этого, – с заботой заметил Айрон. – Наши дети. А с человеком позволь разделаться нам.
Надо сказать, что Айрон боролся с человеком не только ради Свет-Ланы, но и ради Сиерры и своих детей. Именно это придавало ему сил и уверенности в победе. Свет-Лана знала это. И была очень рада этому. Айрон – хранитель жизни, а это значит, что он должен оберегать любую жизнь. Будь то планета, какой-либо зверь… или его родная, дорогая ему семья…
И вот Айрон влетел в пещеру. Наконец-то, он дома. Сиерра издала довольное мурлыканье, выражая таким образом радость его желанному возвращению. А дети, непоседливые Зэйон и Мирайя, обгоняя друг друга, бросились встречать папку. Подбежав к нему, они игриво начали тереться об его мощные лапы, от чего у Айрона в груди усилилось необъятное чувство счастья. Он чувствовал их приятное тепло, от которого израсходованные на переходы силы постепенно начали восстанавливаться. Правда, этого было мало. Ему необходимо было поспать. Набраться новых сил. Хранитель неспешно направился к Сиерре, а его детёныши, не отставая ни на шаг, хватали своими маленькими лапками грозного отца за хвост. Подойдя к самке, он нежно потёр её нос своим, и прилёг рядом с ней. Переходы в энергетическое состояние и обратно забирают много сил и энергии. И эти потери ему необходимо восполнить. Детёныши умостились рядом с ним, крепко прижавшись к его могучему телу, и заснули вместе с ним. Сиерра с любовью посмотрела на эту умилительную картину. Снова послышалось её довольное мурлыканье. Она тихо легла рядом со своей семьёй и медленно заснула.
