Они замолчали. Джерри лежал с закрытыми глазами. Корри обратила внимание, что его лицо стало очень красным. Раненый тяжело дышал и был в забытьи. Она приложила руку к его лбу и, отодвинувшись немного, прошептала Сарине, чтобы по цепочке вызвали доктора. Затем девушка пошла дальше рядом с носилками. Джерри что-то бессвязно бормотал и все время ворочался на носилках.
Корри пришлось поддерживать его, чтобы он не свалился.
Когда доктор Рейд подошел к ним и встал с другой стороны носилок, ей даже не пришлось ему ничего объяснять: состояние Джерри было слишком очевидным.
Практически единственным медицинским инструментом у доктора был термометр.
Смерив температуру, он недовольно покачал головой.
– Плохо? – спросила Корри.
– Не очень хорошо. Но я не понимаю причины неожиданного ухудшения его состояния. Лихорадку можно было ждать в ту ночь, когда произошло ранение, но тогда ее не было. Я думал, что опасность уже миновала.
– Он будет…
Доктор посмотрел на нее и улыбнулся.
– Пока не стоит беспокоиться. Миллион людей выздоравливает даже при более серьезных ранениях и при более высоких температурах.
– Не можете ли вы сейчас чем-нибудь помочь ему? Рейд пожал плечами.
– У меня нет никаких препаратов. Возможно, это даже и лучше. Он молод, физически крепок, а природа – самый лучший лекарь, Корри.
– Но вы останетесь здесь с нами не правда ли, доктор?
– Конечно. И вы, ради бога, не беспокойтесь. Джерри что-то пробормотал, а затем сел. Корри и доктор осторожно уложили его обратно.
Джерри открыл глаза, взглянул на Корри, улыбнулся и опять забылся. В это время к носилкам подошел Розетти. Он сразу понял, что здесь, возможно, понадобится его помощь. На его лице появилось выражение тревоги и страха, когда Джерри вдруг закричал:
– Лукас вызывает Мельроза!
Затем, сам себе же отвечая, произнес:
– Мельроз отвечает Лукасу! На западном фронте все спокойно, капитан!
Потом Джерри вздохнул с облегчением и замолчал. Корри похлопала Розетти по плечу.
– Вы – славный парень, – сказала она. – Кто это – Мельроз?
– Наш хвостовой стрелок. Его убили до того, как «Прекрасная леди» была подбита. А он разговаривал с ним!
Джерри опять начал беспокойно ворочаться и крутиться. Потребовались усилия всех троих, чтобы удержать его на носилках.
– Вероятно, нам придется привязать его, – сказал доктор.
Розетти покачал головой.
– Позовите сюда Бубеновича, и мы с ним справимся. Капитан будет недоволен, когда узнает, что его привязывали.
По колонне был передан вызов Бубеновичу. Когда он появился, Джерри попытался приподняться на носилках и чуть было не вывалился из них. Помогая удерживать раненого, Бубенович не переставая ругался.
– Проклятые японцы! Желтые ублюдки! Он повернулся к Розетти.
– Почему, черт возьми, ты не послал за мной раньше? Почему никто не сказал мне, что он находится в таком состоянии?
– Ему только недавно стало хуже, – сказала Корри.
– Он очень плох, доктор? – спросил Бубенович.
– У него поднялась температура, но она не так уж высока, чтобы думать о худшем.
Они вышли из леса в долину, где намеревались сделать остановку и разбить лагерь. Теперь тропа стала шире, и рядом с носилками могла пойти также и Сарина. Неожиданно Джерри снова беспокойно заворочался и громко закричал:
– Черт возьми! Я не могу удержать его нос! Ребята, прыгайте! Быстро!
Джерри попытался выпрыгнуть из носилок, и всем пришлось удерживать его. Корри погладила его по лбу и сказала успокаивающим тоном:
– Все в порядке, Джерри, лежите спокойно, попытайтесь заснуть.
Раненый схватил ее за руку.
– Мейбл, – произнес он. Она вздрогнула.
Розетти и Бубенович отвели глаза от обескураженной Корри.
Рейд заметил, что Джерри наконец забылся во сне.
– Это лучшее лекарство для него, – сказал он.
Полчаса спустя ван Принс приказал остановиться на отдых. Под деревьями рядом с маленькой речкой, протекавшей по долине, был разбит лагерь.
Джерри крепко спал остаток дня и всю следующую ночь. Корри, Сарина, Бубенович и Розетти по очереди дежурили около него. Когда на дежурство заступила Корри, она стала раздумывать о Мейбл. Раньше она никогда не слышала имени женщины из Оклахома-Сити, на которой был женат Джерри. Так значит, он еще любит!
Корри старалась успокоить себя мыслью, что Мейбл бросила его и уже замужем за другим. Потом она подумала, что, может быть, это имя совсем другой женщины…
