Тарзан преодолел еще некоторое расстояние и почти достиг места, где, как он думал, мог отыскать улицу, отходящую от городских ворот. Тут у ближайшего перекрестка его ноздри уловили запах девушки, а секундой позже — и Смита Олдуика. Он был вынужден принюхиваться повнимательнее, чтобы удостовериться в правильности взятого следа.
Тарзан нагибался очень низко у каждого перекрестка, неоднократно проявляя внимание к ремешкам своих сандалий и приближая ноздри к тротуару.
Продвигаясь по улице, по которой ранее провели обоих европейцев, он заметил изменения в архитектуре зданий. Здесь явно располагался район фешенебельных резиденций. Кроме того, эта часть города была занята богатыми магазинами и рынками. Здесь освещение было получше, и количество факелов увеличилось. Они были прикреплены не только на перекрестках, но и вдоль улицы. Людей стало намного больше. Магазины были открыты и освещены, так как с заходом солнца дневная жара уступала место приятной ночной прохладе, и городская жизнь заметно оживлялась. В этом районе увеличилось и количество львов, свободно разгуливающих среди прохожих. Впервые Тарзан заметил особенность склада ума здешних людей, их странность. Раз он был почти сбит с ног обнаженным человеком, который быстро мчался через улицу, крича о чем-то во весь голос. Никто на него не обращал никакого внимания. Затем Тарзан чуть не споткнулся о женщину, ползущую на четвереньках в тени одной из аркад.
Сначала человек-обезьяна подумал, что она ищет что-то, оброненное ею в дорожную пыль. Но приблизившись, чтобы посмотреть на нее, убедился, что ничего подобного она не делала. Женщина просто предпочитала ходить на четвереньках, нежели передвигаться на ногах. Ей было от этого очень весело, она идиотски хихикала, слегка повизгивая.
В другом квартале он увидел двоих странных субъектов, дерущихся прямо на крыше одного из зданий, пока, наконец, тот, кто оказался посильнее, не вывернулся из объятий другого и не столкнул своего противника вниз так, что тот грохнулся прямо на камни тротуара, где и остался лежать неподвижно. Из груди победителя вырвался дикий крик торжества, разнесшийся эхом по городу, а затем победитель без промедления ринулся на улицу, невзирая на высоту здания. Он упал рядом с телом своей жертвы и тоже явно расшибся насмерть о пыльные каменные плиты. Лев вышел из густой тени дверного проема и подошел к двум окровавленным и безжизненным телам, валяющимся перед ним. Тарзан решил посмотреть, какой эффект произведет на зверя запах крови, и удивился, увидев, что животное лишь обнюхало трупы и лизнуло горячую багряную лужицу, а затем улеглось спокойно между двумя мертвецами.
Он прошел мимо льва, и только миновал зверя, как его внимание привлекла фигура человека, осторожно спускавшегося с высокой крыши на восточной стороне проспекта.
У Тарзана разгорелось любопытство. Он остановился и стал наблюдать за происходящим.
Как только Смит Олдуик осознал, что он один и практически беззащитен в огороженном месте, переполненном огромными львами, то оказался почти на грани истерики. Его обуял дикий страх, ведь он испытывал сильную слабость и неутихающую боль от кровоточащих ран. Прислонившись к решетке, лейтенант не смел повернуть голову к зверям, разгуливающим вокруг. Он чувствовал, как бессильно подгибаются под ним колени. В голове его звенела пустота. Он ощущал дурноту, его мучило головокружение, к горлу подступала тошнота. Вдруг все потемнело у него перед глазами, и его ослабевшее от ран тело свалилось на землю у самой решетки.
Как долго он пролежал без чувств, Смит Олдуик не знал, но как только сознание начало медленно восстанавливаться, до него стало доходить, что лежит он в прохладной постели, на белоснежных простынях в светлой, веселой комнате, а с одной стороны, ближе к нему, дышало прохладой открытое окно, тонкие занавески развеваются от теплого летнего ветерка, дующего из залитого солнцем сада, несущего с собой запах созревающих фруктов на его ветвях. Старый сад, где между деревьев растет зеленая трава, сгибающиеся под тяжестью плодов ветви, солнце просвечивает сквозь листву и бросает яркие блики на землю... И на пестром от цветов газоне играет с резвым щенком маленький ребенок. Он дома, в Англии... Это же его родное поместье...
— Боже,— подумал Олдуик,— какой кошмар мне приснился...
Лейтенант вновь закрыл глаза.
И тут он почувствовал, как кто-то рукой дотронулся до его лба и щеки — прохладная нежная рука отгоняла все тяжелые воспоминания. В течение долгой минуты Смит Олдуик лежал в полной прострации и с чувством абсолютного покоя, пока постепенно не начал осознавать, что рука стала жестче, она не была уже прохладной, а стала горячей и влажной. Он открыл глаза и увидел перед собой морду огромного льва. Огромным шершавым языком хищник вылизывал его лоб и щеки.
