Время и тяжкие испытания не тронули ее. Она была по-прежнему мила и прелестна — так же стройна была ее точеная фигура, лицо дышало прежним обаянием. И именно это погубило ее. Лу-дон страстно желал ее. Низшие жрецы были не опасны, она их не боялась. Но власть Лу-дона была безгранична. Весь Пал-ул-дон трепетал перед ним. Он был готов на все, чтобы добиться своего, и спасения от него не было.
Ко-тан, король Пал-ул-дона, тоже хотел обладать ею, но боялся соперничества с могущественным Лу-доном. От притязаний Лу-дона она тоже была избавлена до поры до времени. Верховный жрец, несмотря на всю свою наглость, в свою очередь опасался короля с его многочисленными воинами.
И вот, наконец, настал тот момент, когда Лу-дон, отбросив все колебания, пришел в темницу Джейн под покровом ночи, чтобы заявить свои права на нее. Она решительно отвергала его притязания, чтобы оттянуть время, но прекрасно понимала, что все это бесполезно.
Лу-дон двинулся к ней, чтобы схватить ее. Старческое морщинистое лицо его собралось в отвратительную плотоядную улыбку, похотливо горели маленькие, глубоко запавшие глазки. Джейн содрогнулась от омерзения, но не испугалась и не отпрянула от него. Она стояла, гордо выпрямив стан, высокомерно подняв подбородок, устремив мимо него взгляд, будто его и не было. Он прочел на ее лице глубочайшее презрение и отвращение к нему, и это распалило его еще сильнее. Да, он будет обладать ею! Вот она, перед ним, гордая и неприступная, как королева, может быть, даже богиня. Вот она, достойная супруга верховного жреца! Вот он почти уже касается ее.
— Ты не посмеешь! — промолвила она, гневно сверкнув глазами.— Один из нас будет мертв, но ты ничего не добьешься!
Он все подкрадывался к ней, как крыса, ощерив зубы в омерзительной, похотливой гримасе.
— Любовь не убивает,— раздался его лающий смех.
Он схватил ее за руку, и в этот момент под сокрушительным ударом вдребезги разлетелась решетка окна. Куски камня с грохотом упали на пол. В отверстие окна в комнату ворвалась какая-то человеческая фигура.
Джейн Клейтон заметила изумление и безмерный испуг на лице жреца. И в то же мгновение Лу-дон прыгнул в сторону и потянул за какой-то кожаный ремень, свисавший с потолка. И сейчас же сверху опустилась перегородка, отделив их от этого человека и заслонив от него свет.
Чуть слышно из-за перегородки раздавался какой-то зов, но голос и слова она различить не могла. Потом Лу-дон дернул за другой шнурок. Что бы это значило? Джейн не пришлось долго гадать. Шнурок вернулся в прежнее положение, и на лице Лу-дона появилась злорадная улыбка. Он дернул за первый шнурок, и перегородка поднялась.
Лу-дон побежал в ту часть комнаты, что была за перегородкой, стал на колени и, нагнувшись над зиявшим в полу отверстием, закричал в него:
— Возвращайся к своему отцу, Дар-ул-ото!
Отодвинув защелку, удерживавшую крышку люка.
Лу-дон поднялся на ноги. Крышка плотно прилегла к полу, будто никакого отверстия никогда здесь и не было.
JIy-дон повернулся к леди Джейн.
— Ну, а теперь, о великолепная!..— плотоядно воскликнул он, и вдруг осекся.— Я-дон! Что ты здесь делаешь?
Джейн Клейтон обернулась и увидела у входа в комнату мощную фигуру немолодого уже воина. Его мужественное лицо с крупными, выразительными чертами своей величественностью напомнило ей льва.
— Я пришел от Ко-тана, моего короля,— ответил он.— Король велел увести незнакомку в Запретный Сад.
— Как посмел король поступать так со мною, верховным жрецом Яд-бен-ото? — в ярости завопил Лу-дон.
— Это приказ короля, я сказал,— спокойно и невозмутимо ответил Я -дон, не выказывая ни подобострастия, ни страха перед жрецом.
Лу-дон прекрасно понимал, почему король послал с этим поручением именно Я-дона. Авторитет этого человека, его боевая слава и уважение к нему народа защищали его от мести жреца. Лу-дон украдкой бросил взгляд на ремешок, свисавший с потолка. Взгляд этот не укрылся от Джейн. Она поняла, что коварный жрец готовит Я-дону ловушку.
— Пошли,— притворно миролюбиво сказал жрец, беря воина под руку,— мы с тобой все обсудим,— говорил он, увлекая Я-дона в ту часть комнаты, где был люк.
— Нам нечего обсуждать,— непреклонно ответил Я-дон, однако дал себя увести, не подозревая об опасности.
Джейн наблюдала за ним. От лица и всей фигуры воина веяло мужественной силой, благородством и непоколебимостью. В омерзительном жреце невозможно было заподозрить ни одного из этих качеств. Из этих двух мужчин она, наверняка, выбрала бы воина. С ним у нее был шанс спастись, с Лу-доном — ни малейшего. Ее переводили из одной тюрьмы в другую. Ну что ж? Это неплохо. Может быть, ей удастся бежать. Взвесив все «за» и «против», Джейн, наконец решилась.
— Воин,— сказала она, обращаясь к Я-дону,— если хочешь остаться жив, не ходи туда.
Полный ярости взгляд жреца был ей ответом.
— Молчи, раба! — злобно выкрикнул он.
— А что угрожает мне? — спросил ее Я-дон, не обращая внимания на Лу-дона, корчащегося от злости. Он подошел к Джейн.
Молодая женщина показала шнурки, свисающие с потолка.
