Книгу «Таша из рода Ратингеров» Кобрина Евгения вероятно стоит полистать для получения новых впечатлений. Финал ускоряет движение сюжета, доводя интригу до экзальтации, повышает градус интереса, подстегивая читателя. Как бы мы себя повели попадя в ту или иную ситуацию, на что могли бы пойти, а от чего отказаться, такие мысли посещают при чтении. Значительную часть зрительных образов автор описал достаточно красочно, что сыграло ему на руку, в построении окружающего мира. Кажется, что автор ратует за своих героев и вместе с ними переживает невзгоды, радуется успехам и воодушевляется новыми идеями. Основной смысл такой сложный и яркий, что каждый читатель, встречающийся с ним, оказывается грудным ребенком с волшебной планеты. Абсолютно всем речам и абсолютно всем предметам возвратилось их первоначальное значение, упорядочивая в голове читателя основы. Превосходный пример, совмещающий в себе необыкновенные доли фантазии, реалистичности и актуальности. Портреты героев и детали декораций столь гармонично вписываются в сюжет, что до конца книги удивляешься реалистичности. Секрет находится в другой плоскости, а вход в нее совсем рядом, источник для отгадки, беспрерывно ускользает с возникновением всегда новых и новых поворотов. История поведает нам немало смешных ситуаций, случающихся с героями, что заставит нас расслабиться и умилиться в преддверии новых сложностейПри создании обложки использовал изображение, предложенное автором.
Посвящается моей маме.
Королевский замок встретил их неприветливо, но другого они и не ожидали. Семьям предателей придворные никогда не оказывали теплый прием. Война закончена, победитель вернулся на законный трон, а побежденные либо убиты на поле брани, либо будут казнены на королевской площади под радостные крики толпы. Толпа любила такие развлечения — много крови, боли и страха. Верные подданные вернувшегося короля, уставшие от гонений, войны и голода, с радостью развлекутся на площади, наблюдая страдания своих врагов. Еще недавно те были «на коне», а сейчас втоптаны в грязь.
Таша была уверена, если бы блестящий пол королевского тронного зала был покрыт грязью, их бы давно уже ею закидали — таким презрением и высокомерием светились лица присутствующих здесь людей. Но она не обращала на них внимания: что толку переживать из-за шавок, если тебе предстоит встреча с самим львом. Король восседал на золотом троне, в простой одежде и без короны, но его взгляд и величие не давали усомниться в том, кто перед ними, — Золотой лев, законный правитель огромной страны, который силой вернул себе трон отца после нескольких лет кровопролитной войны.
Их небольшая процессия остановилась, не доходя до возвышения, на котором стоял золотой трон. Леди Амелия низко поклонилась королю, и её дочери последовали её примеру.
— Вдова и дочери графа Брантоса, — услышали они громкий голос советника короля. — Самолично явились на плаху, сэкономили нам время и средства на их поиски. На колени перед вашим законным правителем!
Леди Амелия грациозно опустилась на колени и Таша безропотно последовала за матерью. Кирия так же опустилась на колени, но без особого проворства и смирения.
— Леди Амелия, — обратился к женщине король, — вам должно быть известно, что ждет семью предателя? Смерть! — в зале повисла гробовая тишина. Король выдержал гнетущую паузу и продолжил: — Но для вас я выбрал иную судьбу. Вы и ваши дочери отправитесь в ссылку в дальние земли в качестве рабынь. Можете благодарить за милость своего первого мужа, покойного графа Ратингера. Он был верным подданным короны и другом моего отца. И только в память о нем я сохраню ваши жизни.
Все придворные, присутствующие в зале, выдохнули, кто с удивлением, кто с недовольством. Но по большей части с облегчением — леди Амелию все уважали и любили, она была достойной женщиной. Мать, которая заготовила пронзительную речь с просьбой пощадить дочерей, облегченно прикрыла глаза. Она поблагодарила в мыслях всех богов и обратилась к правителю:
— Благодарю вас, ваше величество. Вы невероятно милостивы к нам.
— Вы лишаетесь всех своих титулов, земель и богатств. И отбываете в ссылку сейчас же, — добавил советник короля.
Леди Амелия уже начала подниматься на ноги, но Кирия её опередила. Девушка быстро подобрала платье и вскочила перед королем.
— Кирия, сейчас не время, — попыталась остановить падчерицу женщина.
— Нет, сейчас самое время! — ответила единственная дочь графа Брантоса, предателя, который был убит месяц назад в решающей битве у Осторлинга. Девушка сделала решительный шаг к трону, открыто глядя на короля: — Ваше милосердие несправедливо. Ссылка не смоет позора. Позор смывается только кровью! Пролейте мою кровь, смойте мой позор!
Король молчал, с интересом рассматривая своевольную красавицу, которая, похоже, не боялась его так, как другие девушки её возраста. В зеленых глазах и рыжих волосах горит огонь, стать и осанка достойны королевы, а смелость речей внушает уважение. Правитель был молодым мужчиной и по достоинству оценил все прелести леди Кирии. Он заинтересовался.
За девушку вступилась леди Амелия:
— Ваше величество, прошу, простите мою падчерицу за своеволие. Она еще слишком юна и не ведает, что говорит. Прошу, не проливайте кровь невинного.
— Нет! — перебила её Кирия. — Я отвечу за отца. Я его наследница. Во мне течет его древняя кровь, которая была опозорена. И я уже взрослая, чтобы отвечать за свои слова.
— Сколько вам лет? — неожиданно для всех спросила младшая сестра короля, которая восседала на возвышении рядом с братом. Принцесса Нинель была еще молода и никогда ранее не вмешивалась в дела королевства.
— Мне уже восемнадцать, ваше высочество, — ответила Кирия принцессе с грациозным поклоном.
Король отметил, что девушки близки по возрасту, Нинель недавно исполнилось семнадцать лет. Но в отличие от рыжей бунтарки его златовласая сестра была спокойной и рассудительной.
— Вы хотите смыть свой позор кровью? — наконец тихо спросил король.
— Да! — с горячностью ответила та.
Король перевел взгляд на вторую девушку, которая тихо стояла рядом с матерью:
— А вы тоже хотите смыть свой позор кровью?
Юная леди встрепенулась и потупила взгляд. За неё ответила леди Амелия:
— Таша — мой ребенок от первого брака. Она дочь графа Ратингера.
— Сколько лет вашей дочери? — спросил король, рассматривая стройную брюнетку, которая не отрывала смущенного взгляда от пола.
— Ей шестнадцать лет, ваше величество.
