— Отлично, — я вбила в программу последние цифры и вновь подняла на него взгляд. — Спасибо за покупку, не желаете приобрести абонемент в бассейн? С сентября он снова доступен.
— Нет, Таисия, спасибо, — он улыбнулся, доставая кошелек. — Но я обещаю подумать.
— Тогда с вас тысяча четыреста рублей. Наличными или по карте? — я вопросительно посмотрела на него, наблюдая за тем, как он пересчитывает купюры, чуть прикусив нижнюю губу.
— Наличными.
Рассчитав мужчину, я обнаружила, что уже время закрываться, поэтому проводив его форменной улыбкой, я плюхнулась в кресло, закрывая смену.
К десяти вечера уже закончился дождь, и я не спеша прошла до дому, заскочив по пути в магазин за пачкой чипсов к сериалу. Уже подходя ближе к дому, я услышала тихий, жалобный писк в кустах, где маленьким клубочком сидел рыжий котенок, взирая на меня из-под кустов. Его глазки-бусинки блестели в свете фонарей.
— Эй, малыш! — я присела на корточки, подбирая котенка на руку. Он едва поместился на мою ладонь, и, дрожа всем телом, снова запищал. — Господи, да ты весь продрог!
Мое сердце разрывалось при виде маленького беззащитного котенка, и я мысленно взвешивала плюсы и минусы того, чтобы забрать его домой. И тут, как весомый аргумент, мимо пробежала большая собака, и зарычала на меня. Решив, что не могу оставить бедного кроху тут совсем одного, я сильнее прижала его к себе, понимая, что уже не смогу его тут оставить.
— Эх, была-не была, — сказала я себе, открывая дверь подъезда. Может это и к лучшему. Говорят, что животные неспроста сами встречаются на пути у человека. Что они сами выбирают себе хозяев. А судя по довольному урчанию малыша, он был определенно счастлив оказаться на моих теплых ладонях. А с отцом я уже разберусь.
По крайней мере, теперь я буду дома не одна.
========== Глава 2. ==========
Светлело.
Уже почти шесть утра, а я так и не сомкнула глаз, ворочаясь с боку на бок. Все тело словно трепетало от предвкушения чего-то нового.
Новой школы, например.
Одна мысль об этом будоражила внутренности, скручивала в тугой узел.
Неизвестность.
Мне не с чем было сравнивать, ведь я всю жизнь проучилась в одной школе. Десять лет шла рука об руку с одними и теми же людьми. Училась с ними, дружила с ними, и, даже полюбила в первый раз я тоже там.
Было страшно идти в новый класс, привлекать к себе чересчур много внимания. Потому я пообещала себе не рассчитывать на многое. Неизвестно, как меня ещё примут здесь. Конечно, я не думала, что найду в выпускном классе новой школы друзей на век, но надежда на радушный приём все ещё теплилась внутри меня.
Черт.
Время почти семь, ещё десять минут и прозвенит будильник. Я села на разложенном скрипучем диване, протирая уставшие глаза и подавляя зевок. На соседней подушке сладко спит рыжая Бусинка, уткнувшись мордочкой в мягкую лапку. На мгновение меня затопила зависть к этому маленькому созданию. Ей не придётся собираться в место, куда не хочется идти, чтобы делать то, что не хочется делать.
Черт.
Прошлёпав по холодному деревянному полу, я с громким лязгом закрыла форточку. С вечера погода сильно испортилась, и теперь в комнату задувал ледяной ветер. Густой туман укрывал палисадники перед подъездом, окутывая кустарники и клумбы молочной дымкой.
Поборов очередной зевок, я запускаю ноги в тёплые тапки и иду в душ, чтобы хоть как-то взбодриться. Только вот от горячей воды, все становится только хуже: пар окутывает меня подобно туману за окном, навевая сон получше любого седативного.
Кофе также не спасает ситуацию. Его горечь, оседает на языке, словно въедаясь, и я невольно кусаю бледные, пересохшие губы, чтобы хоть как-то сбить его вкус.
От волнения кусок в горло не лезет, и я покидаю маленькую кухню, чтобы ещё немного полежать в постели.
И, почему-то в этот момент, мир кажется таким отвратительно неправильным, что слезы жалости к себе душат горло, сковывают не хуже ошейника, но так и не выливаются наружу.
Не сейчас.
Нельзя позволить себе реветь, как бы не хотелось. Нельзя показываться в новом классе такой… жалкой. Несобранной.
Черт.
Лежать тоже не хочется, поэтому я встаю с дивана. Он противно скрипит, но за лето я уже привыкла к этому раздражающему звуку. Вся мебель осталась нам от прошлых хозяев, поэтому приходилось терпеть и пользоваться тем, что имеем. Папа обещал купить мне кровать поприличнее, вот только уже прошло два месяца, и я сомневаюсь, что он все ещё помнит об этом.
Я не была посвящена в денежные дела, когда мы переезжали, но могу предположить, что наша прежняя квартира стоила куда дороже. Трёхкомнатная, светлая, с хорошим ремонтом — она явно и близко не стояла с этой хрущевкой, в которой мы теперь живем. Спрашивать у отца об остатке денег я не хотела, поэтому старалась и вовсе об этом не думать. Не лезть во «взрослые вопросы», как выражается папа. Ведь он знает, что делает.
Я надеюсь.
