Татаро-монголы в Азии и Европе полностью

В январе 1258 г. Хулагу-хан подступил к Багдаду[1106]. Последний 'аббасидский халиф ал-Муста'сим (1242–1258), человек праздный и безвольный, любитель музыки и шутов, не знал, на что решиться. Вазир Ибн ал-'Алками советовал подчиниться Хулагу и уплатить ему контрибуцию, Айбек — даватдар («хранитель чернильницы», т. е. младший вазир), назначенный главнокомандующим, и военная знать настаивали на сражении. Халифское войско во главе с Айбеком было разбито, а город обложен монголами. 4 сафара 656 г. х. (10 февраля 1258 г.) монголы ворвались в город. Халиф Муста'сим сдался без всяких условий. Его заставили выдать потайные казнохранилища, наполненные золотом и драгоценными камнями, а десять дней спустя он был казнен вместе со всеми мужчинами из рода 'Аббасидов. Казнены были также Айбек, эмиры и сановники, советовавшие халифу сопротивляться. Напротив, вазир Ибн ал-'Алками, несторианский патриарх и другие сторонники подчинения были обласканы Хулагу-ханом. В Багдаде повальный грабеж и резня продолжались пять дней[1107]; резни избежали христиане и иудеи[1108]. На эти религиозные меньшинства, ущемленные в правах в мусульманских (суннитских) государствах, Хулагу-хан смотрел как на потенциальных сторонников монгольского государства[1109]. В Багдаде Хулагу-хан прекратил резню[1110], желая сохранить город, хотя большая часть его все же сгорела. Все богатства халифа и его казны, по словам Рашид ад-Дина, «все, что собирали в течение 600 лет, горами нагромоздили вокруг ханской ставки»[1111]. Вслед за тем монголы взяли Васит, вырезав там 40 тыс. жителей. Басра — важнейший порт — покорилась добровольно, а население Хиллы — умеренные ши'иты-имамиты, — наведя понтонный мост через Евфрат, вышло навстречу монгольскому войску, радуясь его приходу[1112]. И здесь сказалась общая тенденция политики Хулагу-хана — опираться на религиозные меньшинства.

Для Ирана и Азербайджана монгольское завоевание явилось таким же пагубным, как и для Средней Азии. Вот как оценивали это событие современники. Ибн ал-Асир видел в монгольском завоевании величайшую в мире катастрофу, о которой не упоминали прежние историки. По словам Ибн ал-Асира, «это было событие, искры которого разлетелись [во все стороны] и зло которого простерлось на всех; оно шло по весям, как туча, которую гонит ветер»[1113]. Даже Джувейни признавал, что в местностях, где монголам оказывали сопротивление, «где было народу сто тысяч, [там] и ста человек не осталось»[1114]. Сто лет спустя историк и географ Хамдаллах Казвини писал: «Сомнения нет, что разруха и всеобщая резня (хараби ва катл-и'амм), бывшие при появлении монгольской державы, таковы, что, если бы и за тысячу лет [после того] никакого другого бедствия не случилось, их все еще не исправить, и мир не вернется к тому первоначальному состоянию, какое было прежде того события»[1115].

Страна лежала в развалинах. Нисави, описавший в мемуарах свои злоключения после гибели хорезмшаха Джалал ад-Дина (зимою 1231/32 г.), мрачными красками рисует разоренную страну: повсюду — развалины, где бродили волки, опустевшие селения и города, где хозяйничали авантюристы, объявившие себя сторонниками монголов. В полуразрушенном г. Хойе (Иранский Азербайджан) Нисави увидел огромную толпу беженцев из Армении, Верхней Месопотамии и Азербайджана; Нисави присоединился к ним, и все они, пешие, без припасов и оружия, в зимнюю стужу направились к горному перевалу Беркри; там беглецы подверглись нападению скопища разбойников, которые обобрали их и раздели почти догола[1116].

Огромная убыль населения вследствие массового истребления, увода в полон и бегства оставшихся жителей была первым последствием завоевания. Источники приводят огромные цифры (сотни тысяч и миллионы) перебитых в больших городах и сельских округах[1117]. Цифры эти, вероятно, преувеличены, ибо трудно предположить в эпоху феодализма такую численность населения даже для крупных городов[1118].

По мнению автора истории Герата Сейфи, в городе и его округе (во время повторного взятия монголами в 1222 г.) на-считывалось 1600 тыс. убитых[1119]. Эта цифра, однако, близка к показаниям других источников[1120]. Вот еще некоторые, более правдоподобные, цифры относительно меньших городов: в Балхе, где было 200 тыс. жителей[1121], все были перебиты[1122]; в округе Бейхак в Хорасане было 70 тыс. убитых[1123], в округе Ниса — также 70 тыс.[1124]