Все ошибки, которые наделала в воспитании своих детей, попыталась исправить с внуками. К сожалению, многих ошибок не исправить, можно только работать над ними и не допускать дальше. А в педагогическом институте нас учили: мы не можем никого воспитать, кроме самого себя, единственный метод воспитания детей – это личный пример. Возможно, я была не самым хорошим примером для своих детей, но, возможно, буду хорошим примером для своих внуков. Моё сердце наполняется любовью, когда я смотрю, как возмужал мой сын и обзавелся большой семьёй, как расцвела моя дочка и тоже вышла замуж. Только вот по иронии судьбы она уехала к своему мужу в Ленинград.
Самая жуткое, что мне пришлось испытать за всю свою жизнь, – это блокада Ленинграда. Всё остальное – мелочи, по сравнению с тем кошмаром. Не скажу, что служба в армии была лёгкая. Но это ни в какое сравнение не идёт с теми вещами, которые творились в блокадном городе. Сейчас я удивляюсь сама себе, как вообще смогла тогда выжить, ещё и работать с мамой. Мы с ней общались на эту тему и пришли к выводу, что в блокадном городе выживали те, кто постоянно находился в движении и соблюдал дисциплину в питании, не съедал весь паёк сразу. Кто ложился от бессилия в постель, потом с трудом вставал или не вставал вовсе. Меня действительно спасла работа…
Я люблю свою жизнь. Люблю свою семью. Не хочу ни о чем жалеть, все сложилось самым наилучшим способом.
Конечно, наши отношения с мужем проходили не единожды проверку на прочность. Сначала это было огромное расстояние между нами. Позже, когда началась совместная жизнь, мы стали постепенно открываться друг другу, и не всегда с самой положительной стороны. Саша обладал взрывным характером, мог вспылить из-за ерунды. Ну, как мне казалось, из-за ерунды, как выяснялось позже, я частенько задевала его своим острым языком. К этому ещё проявлялась неоправданная ревность. Иногда доходило до смешного. Однажды он купил бинокль. Дело в том, что окна одной из наших комнат выходили на Волгу, вид потрясающий. Но в бинокль Саша смотрел не только из той комнаты, а еще из кухни, где можно рассмотреть, с кем я общаюсь у подъезда и в какую сторону иду. Ревновал жутко, даже к дедкам, с которыми я здоровалась около магазина.
– Дурак старый! – Возмущалась я, когда в очередной раз он спрашивал, с кем это я разговаривала во дворе. – Опять шпионил?
– Нет. Просто интересно, с кем моя жена общается.
– Да много с кем общаюсь. А вот люблю тебя…Уже не первый десяток лет.
Да, любовь проверяется временем. Наша любовь была закаленная, как самая прочная сталь. За что я ему всегда была благодарна, это за его заботу и поддержку. Как бы мы не ссорились, не кричали друг на друга, я знала, что я ЗА МУЖЕМ…
Ленинград, здравствуй! Я снова приехала тебя навестить! Конечно, я уже привыкла к Волгограду. Привыкла к климату, и мне он даже больше подходит, нет такой убийственной влажности, что летом, что зимой переносится намного легче. Но этот дух ленинградцев, эти старые улочки, великолепие фасадов в центре, просторные парки, театры, музеи…По всему этому я безумно скучаю.
Сегодня меня встретили мои родные, дочка с зятем и внучкой.
Днём пошли прогуляться во дворике, Таточка бегала на детской площадке, как маленький котёнок, который хочет залезть везде и всюду, прыгала, весело что-то щебетала.
– Татуля, пойдём сходим на почту. – Она радостно схватила меня своей маленькой ручкой и вприпрыжку побежала рядом.
– Ба, я тебя так сильно люблю! Давай потом ещё немного погуляем?
– Попозже, моя девочка. Сегодня надо собираться на дачу. А на даче мы с тобой так нагуляемся, каждый день будем гулять!
– Да? И за грибами пойдём?
– Да, конечно, и за ягодками, и за грибочками.
Мы стали уже выходить из двора, как меня окликнула женщина невысокого роста:
– Таточка! Таточка! – Я присмотрелась к ней получше. И тут я поняла, это была Галочка!
– Галка! Ты ли это? – Она подошла ко мне, и её глаза заблестели. Сколько лет прошло? Сорок? Но как можно не узнать эти озорные глаза. Да, мы сильно изменились, постарели, наши лица покрыла тоненькая сеточка из морщин, волосы приобрели седой оттенок, да и тела уже не те молодые…Но глаза выдают сразу.
– Таточка! Я думала никогда уже с тобой не увидимся! Я же тут живу недалеко.
– А у меня здесь дочка с семьёй живёт. – Я показала на дом, рядом с которым мы стояли.
– А мой за детским садиком! А это что за очарование? Как тебя зовут, куколка?
Внучка застенчиво улыбнулась, немного ближе подвинулась ко мне и произнесла:
– Таня…
– В честь тебя назвали? Какая ты милая, Танюша! Тоже блондинка, как твоя бабушка.
– Галочка, как же ты тут оказалась? Давно сюда приехала?
– Десять лет назад. Потаскало меня по нашей стране, муж-то военный был. Вот переехали сюда, а пять лет назад его не стало…
– А дети?
– Дочка у меня…Таня. Я как-то сразу решила, что она будет Таней. Много о тебе вспоминала. Помню, написала тебе ещё из Сибири, да, видимо, письма потерялись и до тебя не дошли. Ещё думала, разобиделись на меня, что я тогда без вас уехала.