– Да? И как это будет выглядеть со стороны? Такой молодой папа и такая старая… кто? Мама или бабушка? Кем я буду выглядеть рядом с тобой? Давай… давай просто прекратим этот спор, хорошо? Мы не Ромео и Джульетта и нам не нужна эта драма. Давай вернем все на свои места обратно?
– Знаешь что? – Он будто меня не слышит. – Хрена с два у тебя так получится. Ты можешь прикидываться кем угодно, но твое тело будет помнить меня. И каждый раз, мать твою, когда ты будешь стараться лечь с ним в постель, ты будешь видеть меня. Чувствовать меня, а не его!
– Да, так и будет! – не выдерживаю и срываюсь в ответ, торопясь одеться обратно. – Но это уже будет моим наказанием, которое я буду вести до конца своих дней! Ты доволен?!
– Нет! Я буду доволен только тогда, когда ты будешь рядом! – В одно мгновение Матвей оказывается рядом и обхватывает мое лицо двумя руками. – Ты разве еще не поняла, что мои намеренья серьезные?
– Зачем оно тебе? – ошарашено шепчу прямо в его полуоткрытые губы. – Зачем тебе рушить наши жизни?
– Затем, что ты – моя. – Отвечает он, прижимаясь своим лбом к моему. – А свое я никогда и никому не отдам. Считай меня сумасшедшим, но каждая наша встреча была для меня пыткой. Мне рядом с тобой хреново, но вдали я просто подохну без тебя.
– Так не бывает… – До последнего противлюсь я.
Хотя сама понимаю, что назад уже дороги нет. Я не просто изменила своему мужу. Я собственноручно откупорила бутылку с ядом и сделала глубокий глоток. И имя этому яду – Матвей.
Глава 10
Я слаба. И для того, чтобы понять эту простую истину мне понадобилась встреча с Матвеем. Мне бы оттолкнуть этого зарвавшегося мальчишку, дать отворот-поворот и вернуться к той жизни, которая была прежде, но… не смогла.
Я уязвима. Все мои мысли разделились на две половины. Одни были о детях, другие о Матвее. И терять кого-то из них я не хотела. Я бы попросту не пережила бы этого. Хочешь сделать мне больно? Достаточно затронуть кого-то из них.
Я разрываюсь на части. Каждый божий день, когда забираю сына из школы или в короткие моменты нашего с Варей общения. Смотрю на них и, мне кажется, что я настолько грязная и падшая, что не достойна таких прекрасных детей. Иногда мне до такой степени тошно от самой себя, особенно, когда я сижу дома в окружении семейных фотографий, что часами корю себя за содеянное. Меня штормит из стороны в сторону, будто маленькую лодочку, которая неведомым образом оказалась в бушующем океане. И даже не представляю, что буду делать, когда Слава вернется домой.
Но все это отступало, стоило мне оказаться в объятиях Матвея. Он любил меня так ярко и так неистово, насколько мог полюбить молодой и горячий парень. И я рядом с ним превращалась в юную девушку, у которой не было ни детей, ни проблем, ни каких-то бытовых вопросов, которые нужно срочно решать. В его объятиях я сгорала, а затем возрождалась сверхновой звездой. С ним было легко и просто, Матвей не требовал ничего из того, чего бы я не смогла ему дать. Он хотел лишь взаимности и я до остатка отдавалась ему, как в физическом, так и духовном плане. Кто-то скажет, что такое невозможно. Да, согласна, я тоже сначала думала, что это все сон. Прекрасный и такой долгий, с небольшими перерывами, в которых я оказывалась у себя дома. Но мыслями всегда была с ним. Учила уроки с Максом, а сама представляла, как они подружатся с Матвеем. Кем бы он для него стал? Отцом? Нет, нет. Другом. Другом, который помог бы мальчишке вырасти достойным парнем. На счет Вари не знаю, мне кажется, ей все равно по поводу того, что творится сейчас. Так почему она будет волноваться в будущем? Но я совсем не ожидала того, что дочь начнет что-то подозревать.
Это случилось в одну из пятниц. Я вернулась немного не в духе из студии, где произошла наша первая ссора с Матвеем. Удостоверившись, что дети заняты, я громко крикнула из прихожей:
– Я в магазин, скоро буду!
– Мам, купи мне колы. – Слышится голос Макса.
– А мне чипсов. – Голосит из другой комнаты Варя.
– Мяу, – преданно смотрит мне в глаза Леха и трется своим полосатым боком об мою ногу.
– А тебе, я так понимаю, «Вискаса»? – смотрю на кота и тот довольно урчит в ответ.
