Дилара взяла себе пару десятков монет из заработанных мной денег и мстительно потребовала от Криса упаковать ей с собой все закуски с нашего стола, бутылку вина и корзину копченой рыбы, которую принес с собой один из гостей, чтобы угостить кошечку.
Я только махнула рукой на это: забирать в небольшую комнату такое ароматное блюдо не хотелось, как и отдавать его Скарлету. Хозяин таверны и так получал неплохую прибыль от присутствия живого талисмана.
Зато корзина с фруктами мне не помешает. Часть съем сама, другую отдам Аните и Долорес, как моим «утренним» коллегам.
В домике для официанток я быстро приняла душ, затем повалилась на кровать, взвесила на ладони мешочек с заработком за сегодня и убрала его в тумбочку. Крис добавил туда еще три десятка монет с условием, что я больше не буду нанимать Дилару.
Собственные деньги! Пускай и заработанные странным, не подходящим благородной даме путем. Раньше за меня везде платил отец или сопровождающий из академии, а если и давали некую сумму в руки, то строго контролировали, куда я ее потрачу.
Сейчас все иначе. Я свободна! И не только от отчетов за купленные платки, но и от перспективы выйти замуж за неприятного мне человека.
Какой же я была глупой, когда радовалась при знакомстве с Винсентом! Считала себя везучей и не понимала, что истинное счастье – самой выбрать себе жениха. Того, кто в самом деле полюбит меня или хотя бы проникнется уважением, а не окажется всего-то чуть лучше, чем женихи моих подруг из академии.
В чем-то Рей прав: Дагра – мой шанс изменить свою жизнь, стать сильной и независимой женщиной. Точно та самая белая кошка, появившаяся в нашу брачную ночь.
Сколько он ни копался в памяти, не мог найти ни одного воспоминания о деле, которое вел до того злополучного дня. Если два прошедших года прятались за маревом, которое рано или поздно распадется, то по части расследования – полная пустота, сотворить которую могла только верховная ведьма Дагры.
Еще одно воспоминание только сильнее его запутало. Если Рей тогда выжил и не потерял память, почему не связался с Диланом? Или Скарлетами? Не придумал способ вернуться в Дагру? Неужели он так просто принял решение матери?
– Извини, – выдавил он, на что Дилан покачал головой. – Я всегда был свиньей, а перед своим исчезновением ухитрился испоганить тебе жизнь. Если бы тогда знал, какую семью вы построите с Шейлой, то никогда бы не… Чтоб меня! Дружище, я был уверен, что она использует тебя.
– Наверное, тогда так и было. Шейла цеплялась за любую возможность остаться в городе, я же надеялся, что постепенно она оценит мою любовь и заботу. Потом наша свадьба сорвалась, ты пропал, Дагру начало трясти как в лихорадке от постоянных проверок людей бургомистра и агентов Хельктора, даже Драммонд на время притих… И постепенно оказалось, что у нас с Шейлой больше общего, чем мы думали раньше.
– Но ее мать, сестры, тетки… Многовато родственников для одного тебя, не думаешь?
– Всегда хотел стать частью большой семьи. После Измы Макфи, которая представляла меня своим слугой, если к ней приходили поклонники, Матушка Соф кажется образцом родительской любви. Еще она всегда хотела сына.
Дилан повернул голову и улыбнулся левой стороной рта, отчего Рей не выдержал и боднул друга головой, как в старые времена.
– Я серьезно. Матушка Соф записала меня в свои сыновья, и иногда это здорово напрягает, потому что Шейлу из списка детей она вычеркнула. Как ты понимаешь, к противостоянию жены и мамы я готов не был.
