Я кое-что знала о том, через что прошёл этот ребёнок, и мне было ненавистно думать о таком юном…
Рассел не ответил на мой вопрос. Ему и не нужно было этого делать. Вместо этого он сказал:
— Клайв ждал с телом, оставаясь вне поля зрения, мысленно воздействуя на человеческие власти, чтобы они смотрели в правильном месте.
— Не все из них. За ночь до этого я питался от офицера. Обычно связь не сохраняется, как только мы уходим, но я попробовал. В конце концов, он вышел из-за угла здания, увидел ребёнка и начал дуть в свисток. Беднягу так трясло, что он с трудом засунул свисток в рот.
Клайв положил руку мне на колено.
— Это сводило с ума. Дети исчезали днём. Я находил тела, но не мог поймать убийцу до того, как он причинил им боль. Я не мог помешать этому случиться.
Когда он сжал моё колено, я прильнула к нему.
— Но он заметил кое-что в их запахах, — сказал Годфри. — Что возвращает нас к сути рассказа. Дети были покрыты миллионом запахов всех мест, где они побывали в тот день и за несколько дней до этого, так как люди тогда не купались ежедневно, — он взглянул на Медузу, — или сейчас, — добавил он с ухмылкой, стараясь отвести глаза. — А ещё от всех них исходил запах сладких яблок.
— Немногие из них были бы рассудительны, — Клайв взял на себя повествование. — По всей экспозиции были разбросаны тележки с едой, и имело смысл, что они будут пахнуть выставочной едой, но все они? Нет.
— Я искал. Я не смог найти убийцу, но мне пришлось дождаться наступления темноты. Однажды вечером я наконец-то нашёл нужную тележку, хотя в ней сидел не тот человек. Я чувствовал его запах, человека, который оставлял свой запах на каждом мёртвом ребёнке, но я не мог его найти.
Рассел снова взялся за эту историю:
— Расстроенный, он написал письмо начальнику полиции… подсунул его под входную дверь, сообщив тем самым, что знает, кто убивает детей. Он дал им описание тележки, сказал, что этот человек работает только во второй половине дня, — Рассел повернулся к Клайву. — Полагаю, ты также указал типы помады и лосьона после бритья, которые он использовал. Это заняло два дня…
— И ещё один мёртвый ребёнок, — вмешался Клайв.
— Но они поймали его. Однако, как ни странно, он не дожил до суда. Он был найден мёртвым в своей камере, обескровленным. Какое-то время это было настоящей загадкой.
Я поцеловала Клайва в щёку, и он обнял меня. Эти бедные дети. Это было сто лет назад, но моё сердце болело за них, за их последние минуты страха и боли.
— И ты полагаешь, — сказал Клайв Годфри, — что Летиция не только слышала эту историю, но и теперь пытается запутать свой запах, чтобы сбить меня с толку?
— Имеет смысл, — ответил Годфри. — Она, наверное, думает, что именно так ты нашёл её в той пещере на побережье. Я бы предположил, что прямо сейчас она испытывает настоящую паранойю по поводу твоих способностей к отслеживанию.
— Мы готовы помочь вам найти её, — сказала Эвриала.
Вампиры выглядели удивлёнными предложением, но я поймала взгляд Стефо и ухмыльнулась.
— Хорошо, — признала она. — Нам скучно, и мы не можем больше ни минуты находиться в обществе друг друга. Дайте нам что-нибудь весёлое, пожалуйста.
Стефо допила вино и со стуком поставила бокал — к счастью, не разбив его — готовая идти.
Выражение лица Эвриалы было напряжённым, а Медуза выглядела скучающей, но все они сидели здесь, готовые помочь.
— Я ещё не нашла её.
Господи, никакого давления, верно?
— Ну, поторопись. А пока…
Она подняла пустую бутылку из-под вина и потрясла ею в направлении Годфри.
— О, вот что здесь происходит. У вас, ребята, закончилось ваше собственное вино, так что вы «в гостях», — указала я, — пытаетесь выпить всё их.
— Как ты смеешь… — начала Эвриала, но Стефо шлепнула её по руке.
— Верно,
— Пойдём, — позвал Клайв.
Вошёл вампир, неся ящик с бутылками вина.
— Хорошо, — сказала Сфено, — у нас всё хорошо, — она махнула мне рукой, чтобы я поторопилась. — Иди и найди её.
Я прошла в другой конец салона, оттащила стул с высокой спинкой в угол и села, отстранившись от голосов в комнате. Подтянув ноги, я положила голову на колени, сделала долгий, медленный вдох и вернулась к ментальной сети, которую набросила на город. Когда моя голова начала пульсировать, на меня нахлынуло прохладное облегчение от боли. Даже болтая с горгонами, которые громко смеялись, он присматривал за мной.
Я начала с дома на Си-Клифф, но не почувствовала её там. Медленно, кропотливо я обыскала каждый уголок города. Ничего. Когда я потянулась к Северному заливу, мой разум зацепился за что-то странное и неестественное, от чего у меня скрутило живот.
ГЛАВА 34
