Павел совершенно не предполагал, что французы станут вдруг отнимать у него столько времени, сил и энергии. Они оказались до крайности внимательными и страшно привязчивыми друзьями. Отвязаться от них было уже нельзя, да это и не входило в расчеты Павла: французские части в городе были той жестокой силой, которая представляла наибольшую опасность. По первому сигналу они могли раздавить любое выступление рабочих. Они являлись главной силой Антанты на бендерском плацдарме для выступления против молодой Советской Республики. Эту силу надо было обезвредить или в лучшем случае направить по другому руслу. Большую часть и без того ограниченного времени Павел посвящал Андре, Мартелю и их друзьям. Приходилось выдавать себя не за того, кем он был на самом деле. Зато спустя месяц Павел мог уже двум своим приятелям — парижанину и тулонцу — не только навязывать свою волю, но и быть с ними до известной степени откровенным. Андре — сын врача, свободолюбиво настроенный молодой человек — оказался редкой находкой и вскоре стал незаменимым помощником. Его поражало в Павле непостижимое для него, француза, начало: человек в своих действиях руководствовался не эгоистическими побуждениями, не соображениями личной славы, в частной жизни Павел был аскет, он сознательно шел на жертвы и лишал себя элементарных удобств ради других, порой совершенно незнакомых, чужих ему людей. И Андре не слепо поклонялся своему новому другу, а через него, еще, правда, смутно, но уже стал сознавать неглубокий смысл своей, до встречи с Павлом пустой, построенной на услаждении лишь своего эгоистического «я» жизни; понимать стал и другое: что человек, рожденный для жизни, имеет высокое предназначение — украсить эту жизнь. Теперь для Андре не было секретом, что сила, не физическая, а какая-то другая, более могущественная, которой он, Андре, не может дать точного названия, — на стороне Павла. И поэтому помочь Павлу — значит сделать что-то доброе. Андре не соглашался с формулами и лозунгами, которые иногда слышал из уст своего друга, но за ними чуял сердцем биение большой жизни. Он помогал Павлу устраивать встречи с солдатами французских частей. Андре знал, что его новый друг большевик, не любил этого слова, был предубежден против него. Но течение, в которое он попал, подхватило и несло его, и вырваться из этого течения значило бы для Андре оборвать что-то в своей груди, с чем он уже не хотел расставаться. Павел, получая через своих агентов живую, правдивую информацию, во время встреч с солдатами-французами рассказывал им правду о молодой Советской России, куда со дня на день готовились двинуть их с открытым забралом для вооруженной интервенции; говорил о Франции и тех событиях, которые стояли в повестке дня малых и великих государств: весь старый мир встал на дыбы, противясь новой силе, несущей освобождение от векового рабства. Среди французских солдат оказались коммунисты. Они приглашали Павла на свои собрания, слушали его речи. Павел писал и составлял листовки и прокламации: у двух народов, хотя и говорящих на разных языках, нет и не может быть враждебных друг другу интересов. Есть один интерес — завоевать право жить счастливо на свободной земле.
Наступил апрель 1919 года. Сбежали с косогоров в низины, отзвенели торопливые ручьи, отшумели вешние паводки. Воздух, насыщенный теплом и влагой, гонимой южными ветрами с близкого Черного моря, дышал прелью. Отогретая солнцем земля сочно зазеленела. По всему Приднестровью закурились белопенным и розовым цветом сады. Звезды ночами, однако, горели в вышине тускло, небо туманилось, предвещая непогоду. В середине месяца так бурно нахлынувшая и, казалось, прочно установившаяся теплынь вдруг сменилась сырыми ветрами, колючим холодом. Где-то близко за перекатами гололобых холмов выпал снег. Несколько дней кряду лил ледяной неурожайный дождь. Дороги развезло, на улицы города нанесло ила, черного, липкого мусора.
Кутаясь в плащ, Павел под проливным дождем возвращался от Тимофея. На душе тоже было слякотно. Разжирел, зазнался мужик, богатеть стал; крестьянскую одежду сменил на генеральский мундир. Много трудов стоило убедить его, и то, кажется, наполовину. Катится мужик в вонючее болото. Павел пообещал Тимофею, если он не изменит образа жизни и действий своего отряда, заслать к нему рабочих и коммунистов, отколоть от него лучшую часть бойцов — сознательно настроенных крестьян, а с анархистами и ворюгами он, Тимофей, долго не протянет, бесславно погибнет бандитом. Для себя Павел также сделал вывод — отряд был упущен, помощи, на которую он рассчитывал, от него фактически не получить.
По весне, как мутные воды, в Бендеры начали стекаться по железной дороге и своим ходом из Кишинева и из других мест новые воинские части стран Запада и особенно румынские королевские. Готовился поход за Днестр, на Советскую Республику. Андре посвятил Павла в более глубокие тайны: из Парижа получен приказ — быть начеку; идет работа по высадке в Одессе крупного десанта с целью оккупации города войсками Антанты.
