Вот как об этом вспоминает он сам:
По службе, по жизни, по духу братья Данилины были близки. Но по характеру — разные. Им даже нравились каждому свои виды спорта. Юрка любил футбол, хоккей, а Толя — бег на длинные дистанции, плавание.
Когда Юрий пришел в «Альфу», Анатолий попробовал его в подводном плавании и понял — не его дело. Там, под водой, в полной темноте и безмолвии надо долго терпеть, работать не торопясь, размеренно. А у Юрия взрывной характер. Он живой, шустрый, усидеть на месте не может.
Не получилось из него и снайпера. Там тоже надо другой характер иметь.
Братья, хоть и служили в одном подразделении, но в разных отделах. А потому и командировки в Чечню у них шли, как правило, порознь. Один улетал, другой прилетал.
Юрий вылетал в Буденновск, когда там больницу захватил Басаев, а Анатолий в это время работал в Чечне. Обстановка там была сложная, бойцы находились в Грозном, в аэропорту, и сообщения о захвате слушали по радио. Хотя рвались помочь своим, как говорили, нам до Буденновска рукой подать, гору перемахнуть, и там. Однако руководство посчитало, что их место здесь. И возможно, было право.
В театральном центре на Дубровке они оказались вдвоем, правда, работали на разных направлениях и встретились только в зале. Юра тогда вынес много заложников. Как сказал кто-то из сотрудников, «он жилистый и целеустремленный».
Весной, в апреле 2004 года, предстояла очередная командировка в Чечню. Должен был лететь второй отдел и вместе с ним Юра.
Ничего не предвещало беды. Но наступило 8 апреля. Трагический день в семье Данилиных. Трагический день в истории «Альфы».
Беслан… Кровавый террористический акт. Казалось, уже выплаканы все слезы и сказаны все слова. Прокурорское следствие, работа парламентской комиссии. Слухи, догадки множились, превращаясь порою в самые фантастические вымыслы.
Мифы живут долго, нередко обретая статус официально утвердившегося мнения. Мол, было так, и не иначе. И для этого нужны не столетия, а совсем немного времени. Вспомним события августа 1991 года. Прошло всего четверть века с небольшим, а мифы «демократической революции» обрели твердые исторические очертания. Ложь во многом стала правдой, мнимые герои — истинными.
Потому пишу, пытаясь разобраться в хитросплетениях событий и судеб. Тем более что тема терроризма, которой занимаюсь без малого тридцать пять лет, становится, к несчастью, все популярней.
В середине 80-х на творческом поле этой темы было как в тундре — по одному человеку на километр. И никому она была не нужна: ни писателям, ни издателям. Сегодня здесь не протолкнуться, толчея, как на восточном базаре. Всяк старается перекричать другого, выдавая себя минимум за эксперта по антитеррору, максимум за оракула, который единственный из землян ведал, как следовало действовать в Беслане безошибочно и точно.
Увы, у меня нет подобных рецептов. Сдается, их нет ни у кого. Но, анализируя события тех дней вместе с командирами и бойцами спецподразделений антитеррора «Альфа» и «Вымпел», приходишь к горькому выводу — многое, очень многое из сказанного, написанного, откомментированного за кадром, мягко говоря, неправда.
Почему так случилось — тема отдельного разговора.
У меня же иная задача. Вместе с профессионалами-практиками и аналитиками из подразделений антитеррора, которые знают ситуацию изнутри, отмести ложь, мифы и заблуждения и попытаться найти истину. Разумеется, насколько это возможно. Итак, к делу.
…Август 2004 года выдался для России горьким и страшным. 24 августа раздался взрыв на Каширском шоссе. Пострадали 4 человека.
В тот же день были взорваны самолеты «Ту-154», следовавший по маршруту Москва — Сочи, и «Ту-134», летевший из столицы в Волгоград. Погибли 90 человек.
