По существу, сотрудники группы оказались смертниками. «Альфа» и «Вега» вместе взятые, по количеству штыков, как говорят военные, оказались равны батальону Басаева. Но террористы засели в обороне, за кирпичными стенами да за спинами русских баб и детишек. Если представить себе, что в больнице нет ни одного заложника, а лишь батальон террористов с пулеметами, гранатами и автоматами, это означает необходимость проведения войсковой операции. Из расчета 3:1 командующий операцией вынужден был бы бросить в бой как минимум 600–800 человек, то есть практически полк. Со всей техникой, вооружением, полковой артиллерией. Но даже в этом случае перед атакой по всем канонам военной науки он был обязан провести артподготовку, а по возможности вызвать авиацию.
Иначе бы его солдаты — кандидаты в покойники, а полк, если бы и одержал победу, перестал бы существовать как боевая единица. В истории военного искусства эта победа носит название пирровой.
А теперь представьте, нет ни полка, ни одного-единственного бронетранспортера, броней которого можно хоть как-то прикрыться. Что такое артподготовка в спецподразделении, слышали, но применять не приходилось. Группе «А» артиллерия ни к чему, высшая мера мастерства и доблести — жизнь заложника. Жив он, родимый, сработано на пять, мертв — считай, полный провал.
После Буденновска штурм называют провалом. А на каком, собственно, основании? Группе «А» на первом этапе операции приказали выйти к больнице. Она вышла. Да, потеряла троих бойцов. А кто сказал, что при таком бешеном пулеметно-гранатометном огне мог бы сделать то же самое без потерь? Пока, насколько известно, никто из наших, да и из зарубежных «спецов», подобных заявлений не делал.
Но это что касается непосредственно штурма. Если говорить об операции в целом, она действительно завершилась провалом. Да, заложники были освобождены, но террористы ушли невредимыми. Конечно, за исключением тех, которых прикончили снайперы «Альфы». На день отъезда бандитов из Буденновска насчитали 21 труп. Да еще несколько десятков раненых, в основном в грудь или голову. Многие из них, как констатировали врачи, делавшие им перевязки, не жильцы. И верно, по агентурным данным ФСБ, на конец июля 1995 года в банде Басаева от ран скончалось 58 человек. Остальные оказались живы и вполне здоровы. Впереди у них были новые теракты.
Во всем мире человек, совершивший теракт, подлежит длительной изоляции от общества или уничтожению. Жестоко? Возможно. Но общество должно эффективно защищаться от «чумы века». Иначе миром будет править террор. Как правил он огромной Россией во время буденновской трагедии.
В те дни пресса много писала о том, какой беспрецедентный шаг совершил премьер Виктор Черномырдин. Сам взялся за трубку, вел переговоры, руководил освобождением заложников. Думаю, что именно в этот момент Виктор Степанович принял единственно верное и мужественное решение. Иного было просто не дано.
