– Пора, учитель. Пока он не передумал.
– Да, пора. Быть может, от судьбы и не уйти, но надоедать ей не стоит.
Мы вновь оставляем дорогу и вступаем в сумрачный вечерний лес.
Неожиданно сухая лиана бьет меня по лицу. Я отшатываюсь и получаю удар с другой стороны. Чувствую, как остановилось сердце. Слышу замирающий крик. Кто кричит? Ананда? В глазах темнеет. Вот как… не выдержало. Перевоплощение?
Страха не было, боли тоже.
Только удивление и приятная усталость. Потом все кругом стало безвкусным, беззвучным, неинтересным. Серым каким-то. И я понял, что происходит. Успел еще.
Немилосердные боги! Получайте то, что дали. И да будет вам стыдно…
Мод шлепала меня по щекам. Слева, справа. Ручка у нее оказалась увесистой.
Когда не отвертеться, лучше очнуться.
– Хорош любовник, – с ужасом прошептал я.
– Да хорош, хорош, – утешила Мод.
– Чего хорошего…
– Ты все успел, Сережа. Мы ведь теперь на «ты»?
Я начал кое-что припоминать.
– Ну, знакомство можно считать состоявшимся. Не знаю, что еще требуется.
Мод рассмеялась.
– Да уж!
– А ты успела?
– О! Дважды.
– Правда?
– Не помнишь?
– Постой, постой… Мы начали у порога?
– Верно, у порога. Потом такое пошло…
Я проследил за ее взглядом. На гимнастических брусьях висела рубашка.
– Что? И там?
Мод прыснула.
– У тебя замечательное чувство равновесия. Как себя чувствуешь?
Я пошевелил ногами.
– Словно отмахал километров пятьдесят по джунглям.
– А вообще?
– Вообще? Наверное, я счастлив. Да, конечно, счастлив. Только еще не совсем понял. А ты как?
Мод села и уперлась подбородком в колени.
– Я думала, это случится со мной.
– С тобой? А-а, ты про инсайт.
– Да.
– Тоже видишь дикости?
– Нет, сейчас уже другое.
– Это началось здесь, на Гравитоне?
– Как у всех.
– Значит, Кронос…
– Иначе не объяснишь.
– Но как небесное тело может влиять на мозг?
– На то и тело, чтоб влиять.
– То есть?
– Разве ты не разговаривал с Зарой?
– Зара предпочитает говорить со мной на другие темы. Постоянно нарушает права человека. Для нее я медицинское средство, вроде пиявок, и бесхозный биологический объект в одном лице.
Мод улыбнулась.
– Почему ты так считаешь?
– Иного не подумаешь, общаясь с этим заботливым диктатором. И как ее Абдид выносит?
– Зара прекрасный человек, – строго сказала Мод.
– Прелесть. Скорей бы повзрослела.
– Тогда ты не сможешь говорить, что она прелесть. Но шутки шутками, а в своей области Зара очень серьезный ученый.
– Надо же.
– Не знал?
– Нет. И что она изучает?
– Как раз инсайты. Точнее, влияние Кроноса на человеческую психику.
– Расскажи.
– Ты желаешь этого?
Я смутился.
– Увы. Пока лишь этого.
– Хорошо. Будь по-твоему.
И Мод прочла мне лекцию в постели, щедро открыв один из своих талантов. Сделала она это весьма качественно, как и все, за что бралась.
В четверть часа я узнал о мозге больше, чем за предыдущие четверть века. И что такое лимбическая система, и про внутренние наркотики нервной системы, ответственные за формирование зрительных образов, а также то, как астроциты помогают гигантским клеткам Беца. Оказалось, что разум – это не столько явление, сколько процесс, для которого остановка равносильна гибели.
Увлекшись, Мод подошла к брусьям, набросила на плечи мою рубашку, укрывшую ее до колен, и принялась расхаживать лекторским шагом вдоль кровати.
– …сначала думали, что серотонин всего лишь понижает половую потенцию…
Тут я встрепенулся.
– Спокойно, спокойно, – сказала Мод. – Тебе это не грозит.
– Серотонин, потенция… Прости, а причем тут Кронос?
– Резонный вопрос, студент Рыкофф. Кронос притом, что посылает гравитационные волны. Надеюсь, вы об этом слышали.
– Чуть-чуть.
Мод приподняла угол одеяла. Я стыдливо перевернулся на живот.
– Скромность украшает человека, – кивнула Мод.
– Эй, я хочу знаний! Внезапно.
– Будут тебе и знания. Так вот, гравитационные волны чуть-чуть неодновременно колеблют молекулы нервных клеток, вызывая короткие растяжения сигма- и пи-связей между атомами. Примерно так, как это происходит в антенных полях, которые выпускает наш Гравитон. Возникающие деформации приводят к изменениям биологической активности белков и нуклеиновых кислот. Лимитирующие ферменты…
– Стоп, погоди. Но антенное поле в миллионы раз больше самой крупной молекулы человеческого тела. Следовательно, у молекул в миллионы раз меньше времени, чтобы «почувствовать» гравитационную волну.
– Даже в миллиарды.
– И этого времени хватает?
Мод улыбнулась.
– Быстро соображаете, студент. Я всегда считала, что мужчина создан главным образом для головы.
– Спасибо. Но каков ответ?
– Ответ будет таков. Времени хватает.
– Каких-то мигов? Удивительно.
– Не очень. Знаешь, какова производительность среднего по мощности фермента?
Я пожал плечами.
– Какова?
– Несколько миллиардов каталитических актов в секунду.
– Ого! Каких актов?
