Саше хотелось поступить на филфак, выходить в перерывах в сквер, сидеть на скамейке, вдыхать дым чужих сигарет, болтать, раскачивать ногой и поджимать ее, когда кто-нибудь пройдет мимо.
Да, она подаст сюда документы.
Как только Саша подумала об этом, чья-то рука схватила ее за запястье и слегка потянула назад, так что пришлось остановиться.
А вслед за этим остановилось время.
— Привет, — сказал незнакомый парень и встал, продолжая держать ее за руку.
— Привет, — шепнула Саша.
Компания, сидевшая на лавочках, замерла. Сигаретный дым повис в воздухе, и ветер перестал трепать девичьи прически. Полина застыла чуть в стороне, снег под ее ногами тут же промок и пропитался черной незастывшей жижей. Каркнула ворона. Саша подняла глаза и увидела, что время замерло почти для всего, кроме них, вороны и засохшего листка, который все еще трепыхался под ветром.
Парень стоял, держал Сашу за руку и смотрел на нее голубыми глазами, а над ними была темная челка, украшенная белыми хлопьями снега.
Пальто у него было черным и длинным, с глубоким разрезом почти до талии. На плечах лежал нерастаявший снег.
Красивый, подумала Саша. Очень красивый. Сердце ее забилось, и Саша опустила глаза.
— Давай знакомиться, — сказал парень. — Меня зовут Слава.
— Это обязательно — знакомиться? — От волнения Сашин голос звучал глухо. Слова не хотели отражаться от древесных стволов и стен домов. Они будто бы тоже недвижимо повисали в воздухе между снежными хлопьями. — Зачем?
— Ну, например, потому, что ты мне интересна. Впрочем, глупо искать во всем смыслы. Смысл только в том, что смыслов нет.
Слава разжал пальцы, и Сашина рука опустилась, сбив несколько снежинок. Ладонь ужалило холодом.
— Разве нет смыслов?
Саше казалось, что Слава говорит удивительно и необычно. Хотелось, чтобы он продолжал. Ее странно тревожила такая манера разговора, но в то же время казалось, что только так и надо разговаривать.
— Нет смыслов, есть только игра, в которую интересно играть, — ответил он. — Передвигаться по полю от клетки к клетке. Не думать о финише, просто интересоваться следующим шагом. Ты шла, и я подумал: у этой девушки такое лицо, словно мы уже давно знакомы. Что бы это могло значить?
— И что это может значить?
— Не думай. Вся прелесть в том, чтобы не думать.
— А что же тогда делать?
— Просто жить и смотреть, что будет дальше. Я увидел подсказку, остановил время и взял тебя за руку. Если я сделал ошибочный ход, дальше ничего не произойдет. Это как если кто-то из игроков нечаянно спихнул фишку с поля. Потом он заметит и вернет ее обратно. В крайнем случае, немного сжульничает и поставит ее туда, где она не стояла.
— А если ход приведет к чему-то плохому?
— Нет. Это такая игра. Нет выигрыша и непременной счастливой клетки в конце. Есть только следующая клетка. Пока ты дышишь, всегда есть возможность следующего хода.
Саша обернулась вокруг. Это было как в арт-хаусном кино. Странные разговоры на странном фоне: Полина, увязшая в луже дорогими сапожками, девушки, глядящие на Славу с обожанием, и повисший в воздухе снег, обволакивающий его фигуру, так что он выглядел сразу и черным, и белым.
— Но причина и следствие всегда есть… — шепнула она. — Я вижу связи…
— Конечно, есть. Но они сложны и необъяснимы, как все по-настоящему живое. Каждое движение рождает тысячи последствий. И ни одно из них не очевидно. Иногда причина и следствие сопрягаются абсурдным образом, вне очевидной логики. Но если учесть каждую деталь, тогда картина проясняется. Весь вопрос в том, стоит ли размышлять над связями, если можно просто двигаться от события к событию?
— Стоит, — твердо сказала Саша. — Потому что в понимании ключ к управлению. Если я знаю, как причина связана со следствием, я могу…
И она осеклась, потому что поняла, что готова была рассказать ему про себя сразу все. Это было странно. Голова кружилась, и ноги были немного пьяными.
— А скажи, — осторожно начал он, — ты ведь тоже что-то умеешь? Не останавливать время, нет… Что-то другое. Я прав?
Саша промолчала. Голова почти не слушалась ее, и она боялась сказать что-то лишнее.
Когда Саша вернулась домой, на душе у нее было спокойно. Ей даже захотелось вдруг, чтобы родители вышли из комнат и отправились на кухню ужинать все вместе, как когда-то.
Или чтобы произошло еще что-нибудь чудесное. Но именно сейчас.
Саша подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Теперь ей не надо было сосредотачиваться, чтобы увидеть Черепаховую Кошку. Она смотрела на нее и спрашивала: «Что же ты мне рисуешь?» Но Кошка только жмурилась и не желала отвечать.
Виктор нетерпеливо ждал начала нового сезона «Лучшего видео», но, когда передачи стали появляться записанными на приставке, оказался немного разочарован: программа искала новых героев.
