Анар запрокинул голову и снова посмотрел на мечтательно улыбающуюся Аласаис. Даже скудного света ему хватало, чтобы разглядеть каждую чёрточку её спокойного лица. «Почему же ты терпишь всё это?» — задумчиво прошептал он. Казалось, изваяние расслышало его, чуть заметно пожало плечами, склонило голову набок, а потом пристально посмотрело на Анара, беззвучно отвечая на его вопрос каким-то своим каверзным вопросом. Алаю не пришлось долго копаться в голове в поисках того, о чём могла бы спросить его Аласаис: «А сам-то ты почему отпустил её?». Анар задумался.
После пары минут напряжённого всматривания в стену, поскрёбывания носа и постукивания по клыку алай пришёл к выводу, что в тот момент, когда Амиалис была практически в его руках, ему было уже совершенно наплевать на неё. И на неё, и на своё прошлое. Он был настолько увлечён настоящим и будущим, что месть стала ему просто неинтересна. Но это — ему. А вот почему остальные, а главное, сианай Элеа, только что убившая несколько сотен или даже тысяч «фальшивых» алаев, тоже не пожелала покарать Амиалис — оставалось загадкой. Наверное, опять приходилось списывать всё на кошачью интуицию…
Слева послышался шорох, едва различимый за шумом грозы; Анар не спеша поднялся, поискал глазами его источник, но в коридоре всё ещё было пусто. Звук приближался, теперь он больше походил на шипение. Вскоре алай заметил какое-то движение у самого пола в конце коридора. Будто гигантская гусеница, забравшаяся под ковровую дорожку, выползала из-за поворота. Анар только успел подумать, что, видимо, туманы Долины Снов дурно повлияли на его рассудок, как следом за «гусеницей», резко вильнувшей влево, появился размашисто шагающий эал. Он что-то гневно бормотал себе под нос, уши его были прижаты, зелёные глаза прищурены, а когти на ногах выпущены — от них-то и уворачивался ковёр, по-кошачьи выгибая «спину», топорща ворс и рассерженно шипя на обидчика. Анар с насмешливым уважением посмотрел на смелый коврик: вряд ли в Бриаэлларе нашлось бы с десяток существ, которые отважились вести себя подобным образом с грозным патриархом Селорном. Особенно с учётом того, что «папенька» был явно не в духе.
— Ну? И что это за дрянь? — бросил он, едва поравнявшись с Анаром.
— Это совсем не дрянь, патриарх. Думаю, на этот раз интуиция Иреру не подвела. Камни, которые нашла её экспедиция, — весьма опасная штука. Они позволят любому сколько-нибудь опытному чародею стать немного драконом Изменчивого. Пока трудно сказать, какими из наших способностей они наделяют владельца… надо разбираться. Но и то, что и так ясно, не радует: ими определённо можно взломать запечатанный портал или даже «воскресить» уничтоженный, если от него остался хоть малейший след.
— И ты так спокойно говоришь мне об этом?! — снизу вверх гневно воззрился на собеседника Селорн.
— Патриарх, Изменчивый уже в курсе, а раз так — волноваться не о чем, — пожал плечами Анар.
— Мне бы твою уверенность…
— Думаю, чтобы обрести её, патриарху Селорну пришлось бы стать наполовину драконом Изменчивого, как я.
— Какая гнусность! — От одной мысли, что в его жилах могла бы течь не чисто эалийская кровь, Селорна всего так и передёрнуло. — Как вообще эти камни попали в Адорские скалы?
— У драконов есть легенда, что Изменчивый не всегда был бесплотным. На заре существования Энхиарга у него было тело — драконье, разумеется. И вот, когда «боги, маги и наэй» творили Адорские скалы, он, желая понаблюдать за этим, спустился слишком низко, и его… засосало внутрь гор. Его тело запеклось в них, как изюм в булке. Изменчивый, конечно мог вырваться, но происшедшее настолько ему не понравилось, что с тех пор он обходится без тела. А оно по-прежнему замуровано в толще скалы. То есть вполне может оказаться, что находка отряда Иреры — это никакие не камушки, а, в некотором роде, кости Повелителя Ветров, — заявил Анар, доставая из кармана невзрачный камень, немного повертел его в пальцах и добавил: — Тот ан Камиан, который догадался попробовать его на вкус, озолотится, продавая запись своего ощущения — отгрызть кусочек от самого Изменчивого!
— Это только легенда. И притом идиотская. — Селорн неприязненно воззрился на камешек.
— Да… Но когда отец… Криан ан Сай рассказал мне о том, как сам Повелитель Ветров настоял на союзе между драконами и кошками, и подумал, что два эти события могут быть связаны. Что, если адоры опередили нас, показав камни одному из тамошних драконов? Я связался с послом Драконьих Клыков в Адорских скалах, спросил, не приносили ли ему каких-нибудь необычных камней. Ему приносили, он изучил их, тоже вспомнил эту легенду и на всякий случай обратился к Изменчивому.
— И? — нетерпеливо спросил Селорн.
— Изменчивый всё подтвердил. Харнианцы растаскивают то, что осталось от его тела. Он в бешенстве от того, что наш общий враг решил… подделаться под его детей, вторгнуться в его вотчину. Этому мы, видимо, и обязаны его покровительством.
— Этот мир окончательно рехнулся. Адоров предупредили?
