- Что же, – актер прикусил губу, рисуя себе в голове образ этого морского волка, прошедшего через множественные кочки, хотя скорее волны и шторма этой жизни. – Вы доверили нас отличному капитану, спасибо вам. И еще раз прошу у вас прощения за тот инцидент.
- Повторю еще раз, вам извинятся не за что, – Литрей положил Стриину руку на плечо. – Мне нужно научиться выражаться точнее, – а после приблизился к самому уху. – Вы же знаете, что принцесса мертва и столица сейчас в военном положение, поэтому все ворота закрыты, а от стражи теперь не продохнуть.
- Знаю, – спокойно, не выдавая никаких эмоций так же тихо ответил актер. – У меня уже есть план, как пробраться до самого замка, не встретив никакого сопротивления.
- Что же, – проповедник вновь встал прямо, улыбнулся, и протянул Стриину руку, – тогда мне остается только пожелать вам удачи. Пусть Хардор направит твою руку и укрепит тело.
- Спасибо, – Стриин ответил на рукопожатие. – Пусть Рэя осветит наш разум и даст нам просветление.
К пристани два всадника двигались бок о бок. Актер шел справа, не спеша ведя Огонька по оживленным улицам портового города, Альмина ехала рядом на новом скакуне белой масти с именем Снежинка. Стриин, обычно сосредоточенный на своих мыслях и контроле за территорией, сейчас позволил себе немного расслабиться и любоваться красотами города. Егеря, судя по всему поняли, что принцесса была не настоящий и сейчас все еще рыщут в поисках настоящей наследницы трона, но они никак не смогут навредить ей в этом городе. Рядом едет опытный и наученный горьким опытом актер, а неподалеку крутятся пара тройка кровавых стражей, которых Литрей пустил им вслед. Но если Стриин был, можно сказать, беззаботным, то принцесса была наоборот очень сосредоточенной и задумчивой. И если бы сейчас актер не успел перехватить поводья Снежинки, то принцесса бы наехала на переходящего дорогу мужчину.
- Альмина, – Стриин обеспокоенно посмотрел на свою спутницу. – Прошу тебя, соберись. Мне тоже жаль графа Альвина. Он был храбрым мужчиной, раз решился перетянуть все внимание на себя, хотя точно знал, что рано или поздно его настигнут. Но сейчас нам нужно сосредоточиться на последнем отрезке пути.
- Как ты мне однажды сказал, – Альмина посмотрела на актера так сурово, что Стриин невольно почувствовал на плечах вес в несколько тон, – из уст монарха, жалость к убийцам звучит фальшива? Так вот жалость от убийцы к титулованным особам, звучит не лучше.
