Театральное наследие. Том 1 полностью

Еще до обсуждения в городской думе Немирович-Данченко выступил со своим докладом на открытом заседании Московского отделения «Императорского русского технического общества», очевидно, пытаясь найти там реальную поддержку своего проекта. Судя по газетному отчету, «на заседание собралась масса слушателей; среди них — артисты, драматурги, профессора, записные театралы» («Новости дня» от 16/I 1898 г.). Двусмысленно и расплывчато звучит резолюция этого собрания: «По предложению К. А. Мазинга поручено К. С. Алексееву (Станиславскому) и В. И. Немировичу-Данченко принять на себя заботы об устройстве в Москве Общедоступного театра».

Таким же туманным и безответственным выражением сочувствия «симпатичному начинанию» ограничилась в своих откликах на доклад значительная часть буржуазной печати. Не было недостатка и в реакционных, издевательских выступлениях, вроде характерного отзыва черносотенной газетки «Московский листок», восхвалявшей существующую организацию императорских театров и критиковавшей проект в хулигански-развязном тоне, с явным намерением заранее повлиять на решение гласных думы.

20 января 1898 г. заявление Немировича-Данченко и Станиславского обсуждалось на заседании городской думы. Была вынесена бюрократическая резолюция — передать этот вопрос на рассмотрение «комиссии о пользах и нуждах общественных». Даже реакционное «Новое время» откликнулось на это решение иронически: «Докладная записка гг. Алексеева и Немировича-Данченко опущена в копилку под двумя замками, которая в думе зовется “комиссией о пользах и нуждах общественных”. Неизвестно, сколько времени продержит записку в своих внутренностях копилка-комиссия…».

Немирович-Данченко так заключает в своих мемуарах рассказ об этом эпизоде:

{399} «Увы! Мой доклад был поставлен в думе на повестку для обсуждения после того, как Художественный театр уже больше года просуществовал, то есть ждал очереди и лежал в думе без движения примерно года полтора». Разумеется, городские власти отказали театру в субсидии.

Идея общедоступности имела для основателей Художественного театра первостепенное значение с момента первой же их основополагающей беседы в гостинице «Славянский базар» летом 1897 г. «На этом заседании было решено, что мы создаем народный театр, приблизительно с теми же задачами и в тех планах, как мечтал Островский», — говорит К. С. Станиславский в книге «Моя жизнь в искусстве». Ту же мысль он подчеркивал в своем первом обращении к молодой труппе МХТ перед началом репетиций в селе Пушкино: «Мы стремимся создать первый разумный, нравственный, общедоступный театр, и этой высокой цели мы посвящаем свою жизнь». Немирович-Данченко так же неразрывно связывал все свои мысли о новом театре с требованиями широкого демократического зрителя, с мечтой о народности театра. Оба они стремились сделать свои спектакли общедоступными в материальном смысле, предназначая их прежде всего для «бедных классов населения» — рабочих, учащихся, трудовой интеллигенции. Еще важнее была для них общедоступность самого искусства, общественная ценность содержавшихся в этом искусстве идей. Демократизация театра и в идейном и в материальном отношении проходит красной нитью через всю предреволюционную деятельность великих преобразователей русской драматической сцены. Первые годы их театр носил наименование «Художественно-общедоступного». В 1916 г. Станиславский и Немирович-Данченко вновь попытались выступить с проектом создания Общества народных театров, предполагая открыть их силами МХТ и его студий в рабочих районах Москвы. Как и в начале деятельности Художественного театра, эти мечты об общедоступном, подлинно народном театре были встречены враждебно: реакционная цензура и материальная зависимость от буржуазной публики «первых абонементов» не дали театру возможности осуществить свои заветные стремления. Общедоступным в самом глубоком смысле этого слова, подлинным достоянием и гордостью своего народа Художественный театр стал только после Великой Октябрьской социалистической революции, когда театр впервые ощутил себя полноправным участником великого строительства всей культурной и общественной жизни своей Родины.