В десять он сменил Влада возле клуба и просидел там почти до двух ночи, после чего отправился домой. Несмотря на то, что в кармане были ключи от своей квартиры, поехал Саша все равно домой к Юле. Сейчас без нее здесь тоже было пусто, однако кругом были ее вещи, витал едва уловимый запах духов, на полке стеллажа стояли фотографии в рамках. Приняв душ, он уже по привычке расстелил себе диван на кухне и провалился в глубокий сон.
На следующий день после звонка к Юле приехала Лена. За то время, что они не виделись, она сильно изменилась, выглядела похудевшей и грустной, с черными кругами под глазами. От взгляда девушки также не укрылась и плохо замазанная тональником ссадина на щеке.
— Лен, где ты так? — спросила Юля, в голову которой начали закрадываться подозрения о том, что в жизни подруги явно что-то происходит.
— Ерунда, — отмахнулась та, старательно отводя глаза в сторону, но на ресницах все же заблестели слезы.
— Лена…
— Да муж это. Устала я тебя обманывать. Ты мне все рассказала про себя, как есть, — вздохнула девушка. — Работу найти не может, да и не уверена, что вообще хочет. Сидит дома, пьет целыми днями, бесится, если я хоть слово скажу по этому поводу.
— Лен, как так можно? Почему ты ему это позволяешь? — в изумлении проговорила Юля.
— Юлька, ну, а что я сделаю? Да и кому я нужна? Лет мне не восемнадцать, красотой не блистаю, да еще и бесплодна.
— Леночка, ну зачем ты так? — Да ладно, будем смотреть правде в глаза. Вот видишь, как в жизни бывает, начиналось все как в красивой сказке, а сейчас… Зато есть и противоположные случаи, — слабо улыбнулась Лена. — Я вижу, что у вас с Сашей все налаживается.
Он звонил мне, спрашивал насколько серьезно то, с чем тебя положили, переживает. Как у вас? Все нормально? — Нормально, — рассеяно ответила Юля, думая о чем-то своем. — Лен, а давай Сашу попросим, пусть он твоего мужа приструнит? Ну, нельзя же так! Он тебя обижает, потому что, как и ты, думает, что за тебя некому заступиться. Пусть знает, что на его силу найдется другая сила. Давай? — Ой, нет, ты что, — сразу же отказалась подруга. — Не хватало еще, чтобы кто-то посторонний узнал. Позор-то какой… Нет… — Лен, — продолжала уговаривать Юля, — я тоже так думала. Позор, не дай бог, кто узнает. Носила все в себе, мысли постоянно в голову плохие лезли. А когда с тобой поделилась, сразу же стало легче. Не нужно в себе закрываться. Если нужна помощь, то нужно ее просить, — и, помолчав, добавила: — Мужиков на свете много, а ты у себя одна. Гони его в шею! Ты еще найдешь свое счастье! Я думаю, Саша не откажет. Я его попрошу.
Степнов нервно затянулся, потом еще и еще. Димыч на пассажирском сиденье кинул несколько обеспокоенных взглядов на него, но промолчал. Да, лучше его сейчас не трогать. Саше казалось, что нынешняя ситуация как болотная жижа затягивает его все глубже и глубже, а тягостные мысли не дают покоя. Сколько уже прошло? Полгода, а он до сих пор не может найти ублюдка, виновного в смерти Вики и мамы. В своем же районе! Холодным рассудком он понимал, что это совсем маленький срок, что круг поисков сузился, и сейчас ни в коем случае нельзя скатываться в отчаяние, но легче от этого не становилось.
Грех, конечно, так говорить, но благодаря тому, что этот урод оставил после себя трупы и может оставить еще, дело будет иметь такой общественный резонанс, что никто не удивится и не возмутится, если его пристрелят при задержании. В таком исходе дела Саша нисколько не сомневался. Ему с этим ублюдком по одной земле не ходить. Никогда. Даже если у него будет крыша.
Или бабок до хрена. А ведь не на дешевой машинке чел разъезжает. Все равно, не получится откупиться. Только высшая мера.
Вдали среди деревьев светом фар мелькнула машина, и Степнов мотнул головой, отгоняя прочь назойливые мысли. Люди Мельниховского как по расписанию ежемесячно привозили сюда бумажный сверток, который передавался в руки Сашиных оперов, обсуждали возникающие вопросы, договаривались о спорных моментах. В этот раз Степнову хотелось сделать все быстро и поскорее вернуться к клубу, чтобы продолжить наблюдение.
Каждый раз «передачку» привозили люди Мельниха без Беса, а сегодня, по- видимому, тот сам нарисовался. Этот сынок Мельниховского ему не нравился, мутный тип какой-то. Степнов с неприязнью смотрел на его долговязую фигуру, появившуюся из дорогой машины и уверенным шагом направляющуюся к ним.
Саша медленно вышел из своего автомобиля. Облокотившись спиной о капот, затягиваясь очередной сигаретой, он ждал приближения Беслана, отмечая про себя, что в нем что-то изменилось. Вот только непонятно, что. Кепка была надвинута на лоб, ворот кожаной куртки застегнут до самого подбородка.
