Наваждение прошло, сменившись нахлынувшим смущением. Что она делает? Что она позволяет ему делать? — Саш…Саша! Даня плачет, — с трудом оттолкнув парня и избегая его взгляда, она быстро скрылась в комнате.
Степнов медленно перевел дыхание. Мир постепенно возвращался на прежнее место. Невероятно, какие ощущения может дарить поцелуй любимой девушки.
Поцелуй, на который она отвечает. Какое дикое желание может он вызывать, и какую силу воли нужно иметь, чтобы остановиться. Но слишком долго он шел к этому моменту, чтобы снова все испортить. В этот раз он не будет торопиться.
***
— Александр Павлович? — вкрадчиво поинтересовались на другом конце провода.
— Он самый, — безразлично ответил Степнов, пытаясь найти нужный документ среди кипы других, стопкой лежащих на столе.
— Вас беспокоит участковый ОМВД «Троицкий», меня зовут Игорь Романович, — многозначительно произнес мужчина и, сделав небольшую паузу, продолжил: — Дело в том, что на вас поступило заявление. Не могли бы вы подъехать к нам для прояснения ситуации? — Какое еще заявление? — оставив поиски потерянной бумажки, недоуменно поинтересовался Саша.
— Гражданин Кравцов Михаил Евгеньевич утверждает, что двадцать пятого марта около одиннадцати часов вечера вы нанесли ему телесные повреждения, о чем свидетельствует медэкспертиза.
— Не понимаю, о чем речь, — резко ответил Степнов, в то время как отличная оперская память уже начинала выдавать картинки недельной давности.
— Кроме того, он также поведал о том, что вы, Александр Павлович, вместе со своими сотрудниками уже угрожали ему физической расправой, якобы за то, что он позволяет себе шуметь после одиннадцати вечера, хотя никто из соседей на него не жаловался, — терпеливо объяснил участковый. — Так вы подъедете? Час спустя Степнов сидел напротив него.
— Значит, никто из соседей не жаловался? — помолчав, с усмешкой уточнил Саша.
— А Судакова Ирина Викторовна? Разве от нее не поступал вызов наряда? — Да не было никаких вызовов, — вздохнул участковый, низкорослый мужик с пивным животом, давая понять, что вся эта волокита доставляет ему массу забот. — А вот заявление гражданина Кравцова подтверждено медицинской справкой о снятии побоев. Александр Павлович, ну, вот что мне теперь с этим заявлением делать? Одно дело заява на оперативника, что было бы вовсе неудивительно, другое — на начальника отдела, — развел руками участковый. — Начальство за это по головке не погладит, — и, чуть наклонившись к парню, спросил доверительно: — Что же вы так неосторожно? Там же камера на подъезде, видно, как вы входили туда как раз в указанный промежуток времени.
Степнов молчал, размышляя.
— Вы поймите, дело ведь может и до прокуратуры дойти. Зачем вам это нужно? Съездили бы вы к этому мужику, договорились с ним по-хорошему, чтоб заявление забрал. Ну, денег ему предложите за моральный ущерб, — мужчина нервно постучал костяшками пальцев по столу. — Я думаю, вам лишние проблемы ни к чему, да и мне эта заява ничего хорошего не сулит. Да вы же сами прекрасно знаете, как лучше действовать в данной ситуации.
Вечером Саша без стука распахнул дверь и прошел в кабинет инспекторши.
Ирина стояла возле стола, перебирая лежащие на нем дела. Вздрогнув от неожиданности, она подняла голову и застыла на месте. Выражение лица Степнова не предвещало ничего хорошего.
— Наряд, говоришь, вызывала, и не раз? — остановившись, напротив, с усмешкой поинтересовался он.
Не выдержав его тяжелого взгляда, девушка отвела глаза в сторону.
— Ты хоть понимаешь, что я этого мужика мог забить до смерти? — сквозь зубы проговорил Саша. — Нет? Не понимаешь? Думаешь, все это шутки? — Саша, я просто…
— Знала ведь, что не откажу в просьбе, что за «своих» мы всегда впряжемся без лишних вопросов, — зло сказал он, скривив губы в презрительной усмешке. — А о том, что это твой бывший и что брат у него в ментовке работает, ты упомянуть забыла? И о том, что он заяву может накатать, не подумала? Хорошо еще участковый не стал заморачиваться, а за приличные бабки и записи с видеокамер стер.
Ира слушала молча, так и не поднимая глаз.
— Я полдня убил на всю эту хрень! Сначала в Троицкий твой ехать, с участковым беседовать, потом мужика этого упрашивать, чтоб деньги взял и заяву забрал.
Уже с ним опять ехать в отдел. У меня работы выше крыши, я домой ухожу глубоко за полночь.
— Саша, прости, что создала тебе проблемы, — по-прежнему глядя куда-то вниз, тихо промолвила девушка.
— Ты себе их создала, — резко оборвал ее Саша и, развернувшись, направился к двери, кинув на ходу: — Пиши заяву на перевод. Без разницы куда. Я подпишу.
— И все? — медленно поднимая глаза и провожая его взглядом, произнесла Ира ему в след.
— Сама не напишешь, уволю по статье, — обернувшись на пороге, спокойно проговорил Степнов и быстро вышел из кабинета. Если подумать, то все не так уж и плохо сложилось. Меньше проблем от нее в будущем будет.
