— Это не такое легкое задание, как тебе могло показаться. Корень, который мне нужен, растет на земле Форсификеи, там, где когда-то казнили четыреста преступников. Когда-то давно, во времена, которые не помнят даже родители твоих родителей, в одном из тех человеческих королевств, которые разрастаются, достигают пика своего могущества и уходят в небытие за срок столь короткий, что кажутся лишь одним из бесконечных снов Гайши, появился отряд разбойников из сорока человек Они нападали на купеческие караваны и поселки, грабили, убивали и насиловали. В общем, делали все, что обычно делают разбойники. Однажды на дороге, ведущей из одного ныне забытого всеми места в другое, также погребенное в памяти давно умерших свидетелей тех дней, этой банде повстречался одинокий путник Его хотели убить, чтобы ограбить или наказать за какую-то обиду. Или просто смеха ради. В памяти тех, кто пересказывал эту историю, такие подробности не сохранились. Да это и неважно. Важно то, что он оказался каким-то там магом средней руки.
Колдунья внезапно прервалась и, подняв руку, стукнула коготком по маске, придавая ей ироничное выражение. Когда она снова заговорила, в голосе звучали ирония и некоторая ностальгия.
— Не удивляйся, Морган Тэлбот из клана Тэлбот. Ты слишком молод и не представляешь себе мира без купола, прячущего всю магию и всех волшебников. Но мир, созданный изначальными стихиями, знавал и другие времена. Ведьмы и маги исследовали его, творили чудеса, творили волшебство с благими целями или во вред. — Моргану показалось, что сейчас в ней говорит больше старейшина, вспоминающая былые времена, из-за доли грусти, появившейся в ее голосе. — Наши возможности были велики и ограничивались только внутренней силой мага, задумавшего колдовство. Впрочем, нас уже тогда не любили. Ведьмы и маги посвящали жизнь тому, чтобы познавать неведомое, учиться, развиваться, совершенствоваться. Но другие расы во главе с людьми не приветствовали этих устремлений. Всем вам казалось, что наш путь — это путь к чему-то ужасному и разрушительному. Стуканцы и тролли упрекали нас в попытке магическим путем присвоить их богатства, оборотни и вельвизы боялись, что маги заберут их территории, варги и баньши в принципе никого не любят. Мы смогли ужиться только с альвами и пикси, и то лишь потому, что защищали их от людей и фенке. Люди были так же опасны для них, как и для нас, хотя и убеждали всех, что корень зла — это магия.
Колдунья стукнула коготком по маске, и та приняла презрительное выражение.
— Как будто вам всем для того, чтобы сеять хаос и разрушение, требуется магия. Демоны, люди, стуканцы… Вы настоящее бедствие. Ваши бесконечные войны, изнурительная для земли добыча металлов, ваше варварское ведение хозяйства — все стремительно разрушает этот мир! А жадность стуканцов и варгов — топливо, в котором все вокруг сгорает. Это пороки, подаренные всем расам Мальбоной.
Гризельда покачала головой.
— Запомни мои слова, Морган Ълбот из клана Тэлбот, ведь это пророчество, которое может сбыться еще на твоем веку… — Ее голос стал глубже, а свет в зале потускнел, будто уползая, прячась по углам, подальше от страшных слов, произносимых хозяйкой этого дома. — Однажды стены купола падут. Ведьмы и маги выйдут в этот мир, но их встретит лишь пустота и разруха. Стуканцы и люди в своем стремлении разбогатеть, в желании подчинить себе все вокруг уничтожат не только друг друга, но и все живое. Пикси, альвы, селки и финфолки погибнут намного раньше, ведь люди плодятся как саранча. Наступит момент, и им станет мало места. Сначала они уничтожат мирных пикси, которые даже сопротивляться этому не будут. Потом стуканцы доберутся до альвов. Те, конечно, попытаются дать отпор, но их задавят числом. Жадность горных жителей неистребима. Им потребуется больше и больше. Я уже говорила, что они как саранча? Так они и продолжат себя вести: истощать одни земли, оставлять после себя голую пустыню и двигаться дальше. Пока не доберутся до твоего любимого Кестекера.
— Демоны им не по зубам, — уверенно сказал Морган. — Мы встретим их у порога нашего дома и навсегда отобьем охоту возвращаться…
Его перебил заливистый смех колдуньи. Когда он стих, Гризельда снисходительно пояснила:
— Люди и стуканцы очень избирательны. Они пробуют разные способы борьбы. У них хватит живой силы для экспериментов. Умрут одни люди, а на их место встанут другие. За время, что потребуется одному демону, чтобы повзрослеть до такого возраста, когда он сможет держать в руках меч, сменится два поколения людей и три поколения стуканцов.
Гризельда встала и практически нависла над Морганом.
— Они будут выжигать ваши леса и поля, травить воду в реках, убивая ваших женщин и детей. Кестекер дрогнет и отступит, с большими потерями отдавая каждую пядь своей земли. Твоя страна будет умирать, вы начнете понимать, что происходит, но ничего не сможете сделать. Люди и стуканцы уничтожат вас, одного за другим. А потом уничтожат и друг друга!
