— Да, сейчас, мисс.
Пока Гретта копошится, я упрямо смотрю на него, а он будто не замечает этого. Его жена ждёт ребенка, а он как ни в чем не бывало ест, ходит, дышит...
Он ничего мне так и не говорит, и я тоже молчу.
Негромкий стук тарелки и горячей чашки кофе о стол сопровождается моим негромким "спасибо". Первым делом берусь за кофе.
Мы завтракаем молча. Я, уткнувшись в свою тарелку, пытаюсь заставить себя съесть хотя бы кусочек, но видимо кофе это всё, что мой организм сейчас способен принять.
С ума сойти. Мне становится настолько тоскливо, что я вдруг осознаю вообще весь апогей ситуации. Напряженная тишина словно натянутая струна, вот-вот собирается лопнуть. На глаза стали разворачиваться бесконтрольные слезы.
Нет, только не при Гретте.
Решительно встав из-за стола, я не сказав ни слова выхожу из кухни и направляюсь в сторону лестницы. На улицу все равно не получится — охрана при малейшей попытке сбежать тут же пресечет меня.
— Лесли, погоди, — раздается голос Себастьяна, когда я уже возле подножья лестницы. Я не удивляюсь, потому что слышала, как он вышел следом. Но я до последнего надеялась, что он не пойдет за мной.
Остановившись, я сжимаю в ладони край перил, делаю глубокий вдох и разворачиваюсь. Себастьян смотрит на меня просто, без проявления каких-либо ярких эмоций.
— Вчера я был у врача, она сказала, что нужно ещё пару дней, — его голос тихий и проникновенный. — После этого тебе нужно пройти курс у невролога. Я обо всем договорился, тебе просто нужно будет время от времени посещать клинику.
Я молчу. Уставившись на новый торшер слева от него, просто молчу. Себастьян тянется во внутренний карман пиджака.
— Вот, — и я вижу, как он мне протягивает что-то.
Переведя глаза, я понимаю, что это. Карта.
— Я хочу, чтобы ты купила себе что-нибудь. Всё, что хочешь. Пин код я отправлю тебе смс-кой. Я заметил, что у тебя немного своих вещей... В общем. Любой каприз за мои деньги. Лесли, с тобой все в порядке? — в конце спрашивает он, замечая мое состояние.
Я нарочно игнорирую его вопрос. Беру карту, смотрю на нее и вбираю в себя какое-то глухое, находящееся на грани обрыва чувство.
— Нет, спасибо, — придавленным, но уверенным голосом отвечаю я. Резко подняв лицо, я пригвождаю карту к его груди. Себастьян на автомате поддерживает ее, чтобы та не упала. Его глаза распахиваются в изумлении.
— Лесли... Это что ещё за фокусы?
— Ты пытаешься отделаться деньгами, — мой рот растягивается в кривой улыбке. — Я не шлюха. И мне не нужны подарки. Лучше потрать эти деньги на что-то действительно нужное, а меня оставь в покое.
Пару секунд он смотрит на меня в удивлении, явно не ожидая ничего подобного. Наверняка, думал, что я снова безропотно подчинюсь и не доставлю ему проблем. Затем, полностью осознав, Себастьян угрюмо сдвигает брови и на его челюстях проступают желваки. Да, он злится. Скрипнув зубами, он рывком ставит карту обратно в карман.
— Ладно, — с какой-то мрачной угрозой низко проговаривает он, бросает на меня последний разъяренный взгляд, а затем разворачивается и идёт на выход, громко хлопнув за собой входной дверью.
Я молча смотрю на нее несколько секунд, и затем меня вдруг охватывает такое дикое отчаяние, что сдержаться уже не остаётся сил. Я роняю голову в ладони и жалобно всхлипываю, разрыдавшись, как маленькая потерянная девочка прямо там.
— Мисс, — тихий голос домработницы едва доносится до моих заглушенных собственными слезами ушей.
Я поднимаю лицо, натыкаясь на осторожный взгляд Гретты, и понимаю, что скорее всего она всё слышала.
— Она уже звонила вам, да? — спрашивает девушка. Прикусив дрогнувшую губу, она виновато отводит глаза. — Простите, мисс. Его жена позвонила мне и спросила ваш номер. Я не смогла солгать. Я хотела... Но не смогла.
На глаза Гретты наворачиваются слезы и я понимаю, что говорит она искренне.
Я делаю глубокий вдох, мысленно успокаивая себя, и вытираю слёзы.
— Ничего страшного, Гретта, — серо отвечаю я, пытаясь взять себя в руки.
— Вы не обижаетесь на меня?
— Нет, конечно, — и даже получается растянуть губы в маленькой улыбке. — Она бы все равно узнала. Не скажи ей ты, и она бы нашла другие способы.
Я выжидаю пару секунд, Гретта ничего не говорит, и затем я тихо разворачиваюсь, собираясь пойти к себе.
— Мисс... — негромко зовёт меня девушка и я останавливаюсь, не оборачиваясь. — Она сильно разозлилась?
— Нет. Она беременна, Гретта, — вот и все, что я серо бросаю через плечо, прежде чем во всколыхнувшейся потрясением тишине пойти наверх.
