— Хорошо, — не своим голосом произношу я. — Хорошо, ты поедешь со мной. Стрелять умеешь?
— Умею. Когда мы с Лесли убегали, часто приходилось выкручиваться. Мне не впервой.
В бедро повторно выстреливает вибрирацией телефон. Я лезу в карман и смотрю на смс. Есть адрес. В груди екает от необъяснимого ушиба. Я знаю, где это. Сжимаю челюсть до хруста, до боли стиснув телефон в кулаке.
Поднимаю стальной взгляд.
— Собирайся, мигом, — командую я. — Нам ехать двадцать минут.
Медленно подсвечивая фарами, подъезжаю неровной дорогой к импровизированной калитке, сделанной из грубых неотесанных столбов дерева, перекрещенных между собой.
— Маленький лесной домик с шатким забором из трёх досок? Э-э... Ты уверен, что ее держат здесь?
Брат Лесли недоверчиво поворачивает ко мне лицо.
Я молчу. Протерев пальцы салфеткой, выхожу из машины, негромко хлопнув дверкой. Джереми озадаченно выходит тоже.
— Ты говорил, что нам ехать двадцать минут. Но мы и половину этого пути не проехали.
Мелкий обращает на меня темный взгляд. Я смотрю на него и чувствую, как внутри зашевелилась иголка сомнения.
— Ты останешься здесь, — шепчу одними губами и я буквально вижу, как острота моих глаз глубоко забирается в его взгляд, парализуя парня.
Малец непонимающе округляет глаза.
— Что?
Вот только поздно уже. Из задней машины выпрыгивают двое моих людей и хватают мелкого под руки. Конечно же, по моему указанию.
— Эй! Вы что делаете? — ошарашенно кричит парень, отбиваясь от них. — Отпустите меня, сейчас же! — обращает на меня полный наивного непонимания взгляд. — Послушай, скажи им, чтобы сейчас же отпустили меня! Ну же, быстрее!
Его глаза впиваются в меня острее бритвы. Он ждет. До последнего верит, что я ни при чем. Что это какая-то ошибка, недоразумение.
— Они присмотрят за тобой. Извини, малец, — севшим голосом говорю я. Не могу смотреть, как вмиг меняется его глубоко ошалевший взгляд, наполняясь предательством, я разворачиваюсь и иду обратно в машину, со странным еканьем внутри игнорируя доносящиеся мне в спину проклятья.
— Сукин сын! Ты обманул меня! — срывающимся от эмоций голосом кричит Джереми. — И что она только нашла в тебе! Ненавижу, как же сильно я тебя ненавижу! Лучше бы ты там оказался, чем она! Ты, это всё ты..!
Проклятия юнца все ещё доносятся мне в спину, но они становятся всё глуше. Мое внимание переключается на телефон, что разрывается от непрекращающейся вибрации. Мне звонит Дориан.
Я беру трубку.
— Себ, Адамса нашли за городом с простреленной башкой, — взволнованно выпаливает он.
— Что? — с трудом понимаю, что слышу. Как и то, что мой личный водитель Адамс оказался не предателем.
— Я говорю, его жестоко убили, Себ! Послушай, Раян уже на подходе. Он будет через полчаса. Ни в коем случае не суйся туда один! Они положат тебя быстрее, чем ты доберешься до Лесли, — голос Дориана срывается и звучит низким гулом. — Не факт, что она вообще там.
— У меня нет столько времени, — серо отзываюсь я.
— Бернард, твою мать, ты понимаешь, что это самоубийство?!
— У меня есть пистолет.
В трубке зависает пораженное молчание.
— Ты уже все решил, да? — недоверчиво произносит друг. — Сукин ты, Бернард, сын, — Дориан смеётся, но смех его вовсе нерадостный. Он какой-то злой, отчаянный.
— Я не могу ждать, Дориан. Время на исходе. Он дал мне всего один час, а затем... — прикрываю глаза, так и не сумев договорить, что затем. Они убьют Лесли, если не хуже.
— Так сильно любишь её? — словно сквозь вату доносится до меня голос друга.
— Люблю, — выдыхаю я. Дунул промозглый ветер, впиваясь в кожу острыми копьями. В горле застревает непосильная тяжесть. — Прости, Дориан. Мне надо ехать.
Я сбрасываю вызов.
Экран снова вспыхивает входящим, но я не снимаю трубку. Держу его в нечувствительных пальцах и смотрю в ночную пустоту. Подаю невербальный сигнал парням и залезаю в машину.
Я бросаю телефон на соседнее сидение, оставив обречённо вибрировать раз за разом. Откидываюсь затылком на сидение. Прикрываю глаза. Даю себе миг.
На заднем сидении лежит ящик с деньгами.
Собираюсь с силами. Вдох. Резко открываю глаза. Завожу двигатель и пускаюсь в дорогу.
Чем ближе я подъезжаю к цели, тем сильнее перетягивается внутри моих внутренних органов канат. Это не страх, это что-то другое. Я не могу дать этому название и объяснить.
Глаза сосредоточены исключительно на дороге. Мои эмоции отключены. Вот так просто, нет их. Я чувствую себя роботом, выполняющим автоматические дейстудия.
На трассе становится совсем пусто. Ни одного автомобиля больше не видно. Я еду один по пустынной дороге, окружённой лесами. Сворачиваю налево и забреваю в низкий узкий проход, обрамлённый густыми кустами. Кругом одинокие деревья и ночь.
