Тетет замерла, задумчиво глядя на то, как у берега озера самка обезьяночеловека окунает ревущего малыша в воду, смывая с него разъяренных муравьев – ребенок самонадеянно решил разворошить их гнездо и поплатился.
– Скажи мне, Эрри Судьболом, раз неизбежность сильнее судьбы, есть ли нечто сильнее неизбежности?
– Бог, готовый стать жертвой.
– Для чего сначала потребуется бог, – вздохнула Тетет.
– Нам по силам создать большее, чем мы есть. Мы сможем создать бога, – отозвался Судьболом. Для существ, копошащихся внизу, вытаскивающих раков из воды и тут же с жадностью их пожирающих, наверное, эти двое над ними уже считались высшими силами, богами. Но ни Эрферет Тетет, ни Эрри Судьболом себя таковыми не считали. Бог есть высокое могущество и высокое же самопожертвование.
– Мы, четверо, не сумеем создать новые ворота для второй дыры. Для этого наших возможностей недостаточно.
– Здесь мы уже бессильны, – вздохнул Судьболом. – Мы заложим тебе в программу высокий уровень обучения. Также ко второму нападению монстра Низа вы эволюционируете до способности выбирать из представителей новых рас новых носителей. Ваши собственные тела к этому времени придут в полную негодность. Мы надеемся, носители будут обладать достаточными умениями.
Судьболом посмотрел за спину, в лес на другом берегу озера. Стайка хищных крылатых созданий стремительно пронеслась над поверхностью воды. Одна ударила длинными когтями неосторожно поднявшуюся из глубины рыбу, схватила и потащила прочь. Пойманная рыбина ошеломленно шевелила хвостом и разевала пасть.
– Время, дарованное после изгнания в тессеракт монстра Низа ты потратишь на создание устройства воплощения бога. Все необходимое мы заложили в структуру тессеракта.
– Как мне определить кандидата?
– Он сам призовет тебя. Ко времени воплощения бога мы сможем предложить ему структуру порождения силы без тнете. Это перспективная разработка, но она еще требует времени и тнете. Опять времени… опять тнете… Как только бог вступит в тессеракт, процесс совершенствования сработает автоматически. Он станет лучше и совершенней вас, какой бы расы ни был кандидат. Но учти – это должна быть абсолютно добровольная жертва.
– Это будет существо, подобное мне или им, – указала на стаю обезьяночеловеков внизу Тетет. – Иные не справятся. Наш вариант в боевом аспекте самый перспективный. Я думаю, и следующий вариант Тетет станет эффективнее нынешнего.
Тетет посмотрела на свою левую руку со странным чувством, смесью обиды и омерзения. В конечность была вшита мощная защита, способная задержать прямой удар жесточайшего разряда урмура или совокупный выплеск баркорму. Однако твари Низа хватило легкого касания, чтобы рука превратилась в бесполезный кусок мяса.
– Кандидат в боги призовет тебя, и ты передашь ему часть сущности концентрирующего существа. Для чего потребуется лишь касание.
Печально склонив голову, Тетет слегка улыбнулась.
– Или поцелуй.
Народ Тетет давно утратил способность к воспроизводству традиционным способом. Им и не требовалось заниматься любовью, рожать и воспитывать новые поколения. Они стали практически бессмертными. Но они еще не забыли, что такое любовь и что такое поцелуи.
– Или поцелуй, – не стал возражать Эрри Судьболом. – У нас мало времени. Остальное решим по пути. Ты со мной?
– Ступай. Мне еще нужно пять минут. – попросила Тетет. – Я попрощаюсь с миром и Вселенной.
Судьболом посмотрел на нее с пониманием и даже легко коснулся ее головы, приглаживая всклокоченные свежим ветром волосы. Он старался не замечать слезы на лице Тетет.
Вахтер поднял голову из лужи крови, охнул, ощупывая лоб. Ощущение было такое, будто он накануне целый день бодался на спор с быками-трехлетками. Или пару раз пропустил удар от профессионального боксера.
– Матушку твою достойную, Каэмран, ты что лезешь поперек Баа Ци! – упрекнул он незадачливого спасителя, утираясь. И сразу осекся, поняв, что разлитая вокруг кровь – не его.
– Извини, я думал, что раз мне суждено повергнуть арагму, для этого подойдет умение Утраты Памяти. – ответил Каэмран, не оборачиваясь к Баа Ци. Он был занят: накрывал лицо неподвижно лежащей Тейлитэ защитной тканью, словно саваном.
– А что с Тейли?
Каэмран повернувшись, поднял на него воспаленные глаза, что блестели легким огоньком сумасшествия.
– Она сказала: даже хорошо, что ты без сознания. Тогда не сможешь помешать свершить Извинение Кровью.
Каэмран тяжело вздохнул и продолжил:
– У нее еще не заросли накладки, закрывающие раны, нанесенные сепраем. Достаточно было сдернуть фиксатор. Она ушла легко. Она сказала – Вбатхи из будущего. Когда она спросила тебя – «какая я в будущем» – твое лицо отразило лишь глубокую печаль. А значит в будущем ее нет. И ты знал об этом и пытался остановить. А останавливать нельзя.
– Почему ты ее не остановил? – спросил Вахтер, присаживаясь рядом с телом Тейлитэ. Проверил пульс. Очень и очень слабый.
– Нельзя становиться между человеком и ее честью! – провозгласил Каэмран. Вахтер свистящим шепотом поведал потолку, что думает о тупых обычаях аграи куп пеле.
