Действительно, зверинец — это ни разу не зоопарк. Такого количества монстров ни в одном ужастике не увидишь. Самыми безобидными здесь были, на мой взгляд, крысы, в смысле они похожи на крыс, только головы крупнее. Я уже хотел спросить у скучающего недалеко от меня Винка, про них, как решил провести эксперимент. У одной из крыс свисал хвост из клетки, и я решил испробовать на ней «мигание» — так я назвал способ быстрого перемещения в подпространственный карман и обратно. Сначала проверил мысленно, как я хватаю её за хвост и почувствовал средний страх. Неужели она так опасна? Тогда я представил, как я применяю «мигание» на неё ухватившись за хвост — страха почти нет. То есть, мигание как-то на неё повлияет, и опасность, исходящая от неё, сильно уменьшится. Можно приступать к эксперименту.
В себя я пришел, только отлетев на три метра от клетки. Надо мной ухохатывали все рядом стоящие люди, и Винк в том числе. И я, что удивительно, на них в обиде не был. Такого долбодятла как я ещё поискать, аж самому смешно. Зато я понял, что размер не всегда имеет значение, и это наверно самая страшная тварь в зверинце. Когда я ухватил её за хвост, и «мигнул ею», ей хватило доли секунды, чтобы развернуться и ринуться на меня. Голова и тело крысы через решётку бы не пролезли, но она часть времени пробыла в подпространстве, и этого хватило, чтоб пролезла голова и она застряла между прутьев. Но рывок и удар были настолько сильны, что я на адреналине отпрыгнул от клетки и шлёпнулся на задницу. Очухавшись и поднявшись, я почувствовал, что крыса дохлая. Хотя она и вяло дёргалась в своеобразном капкане. Вероятно душа зверушки не пережила подпространства, и хоть тело ещё и живо, но это ненадолго.
— А эту тварь вообще реально победить? — спросил я у Винка.
— Тебе точно не реально. А подготовленный боец справится. Но если их выпустить стаей, то не справиться никто. По крайней мере, в одиночку.
Больше никаких экспериментов на сегодня. Дальше мы просто бродили среди вольеров и террариумов. Кстати попадались не только звери, было и несколько растений, видно тоже хищники. Набравшись впечатлений от зверинца, я засобирался на встречу. Проблема существования без нейросети была Винку не интересна, поэтому я обменялся с ним почтой, и договорился, что он проводит меня до кафешки а сам пойдёт по своим делам, и как понадобится мне я напишу ему.
На входе в кафе, меня сразу перехватила Олия и повела на второй этаж, как я понял в кабинет для конфиденциальных переговоров. Внутри находились двое мужчин. Олия представила меня им и я узнал, что мой ровесник, судя по внешности, звался Мит, а второй, постарше Сифт.
— Ничего, что нас на одного больше, чем мы договаривались? — поинтересовалась у меня Олия. — Мы состоим в одной команде наёмников, а у Сифта таже проблема, и я решила его тоже пригласить послушать тебя.
— Наоборот, очень даже неплохо. Чем больше мнений, тем больше ошибок вы сможете найти в моих суждениях. Я всё-таки дикий, многое могу просто не знать.
— Прежде чем обсуждать проблему отсутствия нейросети, хотелось бы узнать, что за плюсы в нашей ситуации ты упомянул во вчерашней беседе с Олией? — поинтересовался Мит. — Мы вчера, сколько не думали, но так и не смогли придумать хоть один.
— Как минимум работа в местах, где нейросети выходят из строя.
— Ну ты и выдал. — тут-же возразил мне Сифт. — В таких местах обычно выходят из строя не только нейросети, но и любая другая техника и даже люди. Мы что, похожи на самоубийц?
— Хорошо, тогда такой вариант: работа на СБ государства в особо секретных разработках или делах. — выдал я главный аргумент.
— А они тут причём? — спросила Олия.
— Кто из вас троих больше знает о нейросетях?
— Я. - сказал Сифт. — Мне 187 лет, и знаний за эти годы я накопил очень много.
— На моей планете в семьдесят выглядят старше, а до восьмидесяти доживают немногие. — выдал я офигеф от такой информации. — А как с продолжительностью жизни в Содружестве?
— В среднем 160–180 лет, это обеспечивается генетической коррекцией и обслуживанием нейросети, которая следит за состоянием организма. Если применять омолаживающие препараты, то 280–350.
— А тебе Мит, тогда 90? — решил уточнить я. — Интересоваться возрастом леди на моей планете считается неприличным.
— Почти угадал. Мне скоро 88 исполнится.
— С этим разобрались. — успокоившись продолжил я. — Тогда я задам тебе Сифт несколько вопросов, и тогда скорее всего вы все поймёте при чём тут спец. службы. Для начала скажи мне, кто производит, вернее, где изобретаются и разрабатываются нейросети.
— Производит фирма «Нейросеть» на центральных планетах всех Империй. А разрабатываются новые в государстве Галантэ, это их основное направление, не считая медицины вообще.
— Я так понял, что заводы по производству нейросетей, тоже они поставляют?
— Да.
— Периодически Государства и Империи между собой воюют?
— Естественно. Это ведь основной двигатель прогресса. Конфликты являются главным законом в Содружестве.
— Серьёзно? — спросил я снова охреневая от такой информации.
— Конечно серьёзно. Но причём тут войны?
