Американцы оценили Т-34 в целом как «превосходный танк», в то же время отметив специфическую подготовку их экипажей, которые были способны эффективно наступать на неподготовленную в противотанковом отношении оборону, но не могли на равных драться с американскими танкистами в единоборствах По мнению американских специалистов, «Чеффи» просто не стоило сравнивать Т- 34–85, в то время как «Шерманы» модели М4АЗЕ8 имели близкие характеристики и, хотя имели пушки меньшего калибр их кумулятивные снаряды были способны пробивать лобовую броню «тридцатьчетверок». Танки М26 и М46 превосходили Т- 34, что, впрочем, и неудивительно, поскольку это машины уже другого поколения. Показательно, что Кэгл и Мэсон, авторы книги «Морская война в Корее», просто отказались сравнивать американские танки с Т-34-85, признав абсолютное превосходство последних по комплексу боевых свойств. Действительно, «Першинги» имели ненадежную ходовую часть и низкую удельную мощность и, как следствие, плохую подвижность, особенно в условиях гор. Танки М46 были новинкой и еще не избавились от «детских болезней», доставлявших массу хлопот их экипажам. Сами американские танкисты предпочитали идти в бой на старых добрых «Шерманах», считая, что за счет своей лучшей подготовки они смогут выжить в возможных столкновениях с северокорейскими танками.
Война в Корее не была партизанской, однако элементы «иррегулярности» в действиях коммунистов присутствовали постоянно. Фактически, нападения войскам ООН приходилось ожидать в любом месте и любое время. Даже в глубоком тылу американцам приходилось организовывать оборону мест дислокации по полной программе/усиливая ее танками. На перекрестках дорог выставлялись блок-посты с одним-двумя танками, а в состав железнодорожных эшелонов приходилось включать импровизированные броневагоны.
Алексей Ардашев
Продолжение. Начало в «ТиВ» №№ 1, 3, 4,2002 г.
"Как много дел считалось невозм ожными, пока не были осуществлены"
Из исторических источников нам известно, что воинам древней Руси приходилось неоднократно сталкиваться с «греческим огнем» непосредственно на поле боя.
Несмотря на применение византийцами греческого огня, в 911 году славянские дружины под предводительством князя Олега разбили византийский флот, и Олег прибил свой княжеский щит на воротах Царьграда (он же Константинополь, он же Стамбул). По-видимому, славянские воины знали свойства «греческого огня» и умели с ним бороться. Но этот опыт не учел другой русский князь — Игорь. В 941 году во время похода Игоря на Царьград греческий император Константин применил «греческий огонь» против русской эскадры, уничтожив 30 % судов. По словам летописца, греческий огонь «словно молния опускался на русские суда и сжигал их».
Вот как, например, средневековый историк Луитпреду описывает битву киевского князя Игоря с византийским императором в 941 году:
«Император поместил на свои суда машины для бросания греческого огня не только на носу и корме, но и на бортах. Милосердный бог, желая доставить победу тем, которые его просили, утишил ветер и сделал море спокойным. Поместившись посреди русских, греки бросали в них свой огонь со всех сторон, причем русские бросались в море, предпочитая погибель в его волнах смерти от греческого огня. Многие из них были сожжены посреди волн морских».
«Софийская первая летопись» тоже дает описания этой битвы: «.. и пущати нача трубами огнь на лодия Руския. И бысть видьти страшно чудо. Русь же, видяще вламень, вмътаахуся въ воду морьскую, хотяще убрести, и многы погыбоша. И таопрочi и лодi и возвратишася на побъге въсвояси. Тъм же пришедшим въ землю свою, повъдааху кождо своим о бывшемъ и оляднемъ огни. «Яко же мония» — рече, — «иже на небесъх Греци имут у себя, и пущающе, жгуще нась. И сего ради не одолъхом имъ».
Но через три года, предусмотрев защиту от греческого огня, князь Игорь разбил византийцев. Для предохранения от действия огня суда Игоря были обмазаны глиной, а воины укрывались мокрыми кожами и щитами, сплетенными из хвороста и обмазанными глиной. А незадолго до этого болгары применили «огненные сифоны», предвосхитившие собой первоначальную идею современного огнемета.
Византийский «греческий огонь» никогда не применялся непосредственно на территории Руси, да и сама Византия не представляла смертельной угрозы для русской государственности и русского народа.
