Борьба с опорными пунктами моджахедов для армии оказалась нелегким и малорезультативным делом. Бомбардировки укрытых в горах и пещерах складов не давали успеха, а предпринимавшиеся операции по их уничтожению, несмотря на победные реляции, по большей части оставались малоэффективными. Войска испытывали массу трудностей с выдвижением в удаленные районы, в горы и ущелья с трудом удавалось подтянуть технику, и действия армии сопровождались значительными потерями при скромных успехах. Противник, как правило, загодя обнаруживал готовящуюся операцию с перемещением крупных сил (походные колонны выдавали намерения еще при выходе из гарнизонов). Базы покидались, а моджахеды рассредоточивались, успевая вывезти
большую часть запасов, в результате чего «чистку» района приходилось проводить снова и снова.
В целом армейские операции оказались не лучшим средством в противопартизанской войне. Мешало отсутствие оперативной гибкости и громоздкость структур с тяжелым вооружением, неприменимым в горах и пустынях, из-за чего «броню» и артиллерию приходилось оставлять в предгорьях. В итоге бой зачастую велся практически «на равных» с моджахедами, только стрелковым оружием. Те, в свою очередь, обладали объективным превосходством, отлично зная местность, укрытия и тропы, воюя в привычной обстановке и с малых лет имея ту самую «горную подготовку», которую по большей части тщетно пыталось развернуть советское командование.
На результативности действий армии определенно сказывалось отсутствие «подходящего противника»: душманские отряды были невелики, подвижны и воевали «дома», пользуясь поддержкой населения и с легкостью находя укрытие, прокорм и помощь — от транспорта и проводи и ков до с ведений о происходящем в округе, при опасности тут же растворяясь в селениях (жителями которых они обычно и являлись). Тем не менее командование с настойчивостью требовало наращивания масштабов операций: армия не могла безучастно относиться к происходящему, и планом мероприятий по повышению эффективности боевых действий Генштаба и МО СССР на I — й квартал 1981 г. в лучших традициях плановой экономики предписывалось «освободить от мятежников к исходу февраля не менее 70 % территории страны и 80 % уездных и волостных центров», а сами операции именовались «мероприятиями по укреплению народной власти».
