- Ты, наверное, всё видишь слишком в чёрном свете, наверное, это только единичный случай, не может же так быть везде, - сказала Мария Фёдоровна, пытаясь хоть немного отвлечь меня.
- Как раз это всё ещё не так плохо, как есть на самом деле. В ряде губерний работников необоснованно штрафуют до половины заработной платы, в других зарплата настолько нищенская, что на неё не прожить. Люди, работая на заводах без отдыха и должного питания, к тридцати годам становятся стариками. А ведь это всё подданные Российской Империи, и прямая обязанность заботиться о них лежит на царской семье. На отце, на мне, на тебе Мама и на них, - сказал я, указывая на своих брата с сестрой.
- Ну раз ты всё это знаешь, то я уверена, что ты с этим разберёшься. Ты ведь уже придумал, что нужно сделать, ведь не просто так ты записывал что-то в свой блокнот. Вот и пойдём после обеда поговорим с отцом, я уверена, он сможет дополнить твои предложения, и вы вдвоём обязательно что-нибудь придумаете, - сказала она и, повернувшись к детям, внимательно сушащими нас, добавила. - Давайте домой, а то все промокли, и тебе Ники лучше пойти с нами, ты только выздоровел.
Придя к себе в комнату, пока я переодевался, мне сообщили, что Менделеев уже проснулся и, быстро перекусив, умчался обратно на завод, сказав, что очень благодарен за приём, но у него очень много дел. Просмотрев последнюю статистику, я отправился обедать со своей семьёй.
Глава 28. Программа доступное жильё.
На обеде все весело шутили, и настроение, в общем, было позитивное. Ольга хвасталась успехами в живописи, и мне пришлось долго рассматривать её неумелые рисунки и несколько раз похвалить, где были явные успехи. В ходе разговора Мария Фёдоровна спросила:
- Никки, ты будешь вечером на ужин? Должен приехать твой дядя - Александр Михайлович.
При этих словах, моя сестра Ксения выронила ложку, которая звякнула о тарелку, но быстро взяла себя в руки и извинилась.
- К сожалению, навряд ли я успею, сегодня нужно составить проект на строительство доступного жилья для трёх с половиной миллионов человек в течение трёх-четырёх лет, - сказал я, после чего добавил:
- Ксения, ты ведь знаешь, что я тебя люблю как брат, поэтому попробуй прислушаться к моим словам. Если ты выйдешь за него замуж, то он будет тебе изменять всю вашу совместную жизнь, и сколько бы ты ни родила ему детей, он в итоге бросит тебя. Поэтому не порти себе жизнь, найди себе другого.
Ксения внезапно расплакалась и убежала, а все с удивлением смотрели на меня.
- Никки, для чего ты это сделал? - спросила Мария Фёдоровна.
- Я хочу, чтобы она была счастлива, ведь он действительно её бросит, причём с детьми, - ответил я.
Тут в разговор вмешалась Ольга:
- А у меня будет счастливый брак?
- Ты выйдешь замуж за герцога Ольденбургского и проживёшь с ним четырнадцать лет. Брак будет политический и детей у вас не будет, после чего вы разведётесь. Второй брак будет более удачный, но неравноправный, с трудом, но ты получишь разрешение на брак, после чего родишь двоих сыновей и уедешь жить заграницу, где будешь неплохо рисовать, и это существенно поможет вашей семье в трудную минуту. Так что среди нас, всех здесь присутствующих, у тебя должна быть самая счастливая жизнь. Не бойся, вы с мужем умрёте в старости своей смертью.
- А я? Как у меня сложится судьба?
- Ты пойдёшь против семьи, заведёшь роман с женой подчинённого. Тайно обвенчаешься и будешь находиться под опекой, а когда настанет революция, ты проявишь слабохарактерность и ничего не станешь делать, чтобы поддержать монархию. В итоге тебя ночью вывезут в лес революционеры и расстреляют.
Хотя это всё только наиболее вероятное будущее, и у вас есть возможность его изменить, что я практически уже и сделал, рассказав вам наиболее вероятный сценарий, - сказал я.
- Зачем ты это сделал, им ещё рано всё знать? - спросила Мария Фёдоровна.
- Он знает будущее, - прошептала Ольга.
- Только вероятную его часть, поэтому ваша судьба в ваших руках. Как и судьба нашей страны, - ответил я.
- А папа с мамой? - спросил Михаил.
Я посмотрел на отца и заметил еле заметное покачивание головой.
- Если они захотят, то расскажут сами, - сказал я, а потом посмотрев на него добавил:
- Отец, у тебя будет вечером время посмотреть новый проект, я сейчас подготовлю для него наброски и предварительные расчёты.
- Да, конечно, в удобное для тебя время, - сказал он о чём-то долго думая.
Извинившись, я отправился к себе в комнату, где занялся набросками и предварительными расчётами. Время за работой пролетело незаметно, и я к вечеру отправился к своему отцу. Принимать кого-либо я больше не стал.
Когда я вошёл, отец сидел и о чём-то задумчиво размышлял:
