"Едва ли кто-либо из вас будет утверждать, что достаточно дать хорошую политическую линию, и дело кончено. Нет, это только полдела. После того как дана правильная политическая линия, необходимо подобрать работника (курсив мой. — А. А.{1}) так, чтобы на постах стояли люди, умеющие осуществлять директивы, могущие… принять эти директивы, как свои родные…"[129].
Для такой перестройки "рычагов пролетарской диктатуры" (проще говоря рычагов сталинской диктатуры) необходимо решительно отказаться от иллюзорного "демократического централизма" и принципов "коллегиального руководства". Во главе этих "рычагов" должны стоять чиновники, независимые от народа и партии, но вполне зависимые от верховного руководства. Система единоличного управления доводится до логического конца. Вот почему съезд осуждает "крайнюю слабость единоначалия, отсутствие личной ответственности и обезличку управления под прикрытием "коллегиального руководства" и постановляет[130]:
1) упразднить в обкомах — крайкомах и ЦК нацкомпартий секретариаты, оставив не более двух секретарей;
2) ликвидировать коллегии во всех областях советско-хозяйственной работы (кроме Советов);
3) ликвидировать коллегии в наркоматах, оставив во главе наркомата наркома и не более двух заместителей;
4) установить, что у председателей областных-краевых исполкомов, совнаркомов республик и горсоветов должно быть не более двух заместителей;
5) ликвидировать ЦКК, создав вместо нее Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП(б) во главе с одним из секретарей ЦК партии.
Исключительно важное значение имела для Сталина ликвидация Центральной контрольной комиссии партии (ЦКК). Она впервые была создана по плану Ленина на X съезде партии (1921 г.). Она была задумана как "независимый суд" партии и должна была предупреждать как "раскол в партии", так и "злоупотребление" отдельными руководителями "своим партийным положением" в личных выгодах. ЦКК избиралась на съезде и не подчинялась Центральному Комитету. Более того, она контролировала работу ЦК и его руководителей. Такие же права имели ее местные органы по отношению к местным комитетам партии. После того как Сталин сделался генеральным секретарем партии и "злоупотребление" им своим "положением" стало очевидным явлением, Ленин еще до написания "завещания" потребовал поставить и Сталина и весь аппарат ЦК под строгий контроль ЦКК. Причем Ленин считал создавшееся положение настолько серьезным, что обратился с соответствующим предложением к предстоящему XII съезду партии (1923 г.) и даже опубликовал свое предложение в виде двух статей в газете "Правда"[131]. Ленин писал[132]:
"Нарком Рабкрина совместно с президиумом ЦКК должен будет устанавливать распределение работы ее членов с точки зрения обязанности их присутствовать на Политбюро и проверять все документы, которые так или иначе идут на его рассмотрение… Я думаю также, что помимо той политической выгоды, что члены ЦК и члены ЦКК при такой реформе будут во много раз лучше осведомлены, лучше подготовлены к заседаниям Политбюро (все бумаги, относящиеся к этим заседаниям, должны быть получены всеми членами ЦК и ЦКК не позже как за сутки до заседания Политбюро…)… к числу выигрышей придется также отнести и то, что в нашем ЦК уменьшится влияние чисто личных и случайных обстоятельств (курсив мой. — А. А.{1}) и тем самым понизится опасность раскола".
