Кремль вступает в эпоху экспериментирования и реформ сверху, чтобы модернизировать режим, вывести его из сталинского тупика и предупредить возможный взрыв снизу. Если допустима аналогия для социально-однотипных явлений, то обозначившийся в СССР режим условно можно назвать режимом "просвещенного сталинизма", по аналогии с "просвещенным абсолютизмом" в европейских странах во второй половине XVIII века. Но "просвещенный абсолютизм" был переходной стадией — в Западной Европе он подготовил условия для уничтожения абсолютизма вообще, а в России, наоборот, на смену "просвещенному абсолютизму" (Екатерина II) пришло военно-бюрократическое правление (Павел, аракчеевщина, Николай I).
Переходной стадией является и "просвещенный сталинизм": либо назад — к классическому сталинизму, либо вперед — по пути уничтожения сталинизма вообще. Дилемма эта не только грозная, но и трудно разрешимая. Чтобы вернуться в нынешних новых условиях СССР к классическому сталинизму, нужен новый диктатор, но уже более высокого класса, чем Сталин, что трудно себе представить даже теоретически. Чтобы развитие пошло по пути уничтожения сталинизма вообще, нужно допущение известного минимума духовных свобод в стране.
Отныне СССР вступает на путь борьбы для разрешения этой судьбоносной дилеммы. Как теоретические расчеты, так и исторический опыт подсказывают, что исход такой борьбы будет зависеть не от одной субъективной воли коллективного руководства.
"Многие статьи и биографические справки, помещенные в БСЭ, не дают правильного представления о действительной роли тех или иных партийных деятелей".
До сих пор я писал о тех процессах внутри партии, которые логически должны были привести к "Великой чистке" 1936–1939 годов и завершиться окончательным торжеством единоличной диктатуры Сталина. Я особенно подробно останавливался на истории возникновения, развития и гибели последней организованной оппозиции внутри партии — на "правой оппозиции", потому что ее история наименее освещена в литературе.
К тому же, "правая оппозиция" была и последней попыткой сохранить "коллективное руководство" и предупредить личную диктатуру Сталина.
Сегодняшнее "коллективное руководство", в конечном счете, сводит все грехи Сталина к этой диктатуре, но какая все-таки сталинская, то есть фарисейская, последовательность у его учеников: обвиняя Сталина в уничтожении ленинского "коллективного руководства" и установлении режима личного произвола над партией и страной, они и троцкистов, и бухаринцев объявляют "злейшими врагами" ленинизма!
Люди, которые поплатились своей жизнью за попытку предупредить и Сталина и сталинские преступления, объявляются преступниками, а борьба Сталина против них признается его "бесспорной заслугой".
Где тут логика? В том-то и дело, что тут есть логика. Но она заключается только в одном: нынешние "коллективные руководители" как раз и были той силой, без помощи которой Сталин не стал бы Сталиным, а она — "коллективными руководителями".
Достаточно беглого взгляда на их карьеру, чтобы понять эту логику. Как было видно из предыдущего изложения, путь Сталина к "Великой чистке" и, стало быть, к единоличной диктатуре прошел через три этапа:
— ликвидация троцкистов;
— ликвидация зиновьевцев;
— ликвидация бухаринцев.
Четвертый этап — этап ежовский — был завершающим. Кто стоял рядом со Сталиным на всех этапах и кто на каком этапе сделал карьеру? Не будем говорить о мертвых или о тех, кто на одном этапе был рядом со Сталиным, на втором сорвался или даже на всех трех этапах шел вместе со Сталиным, а на ежовском был сам ликвидирован.
Будем говорить только о тех, кто оказался до конца испытанным "учеником и соратником", а ныне проклинает своего учителя.
Он был секретарем ЦК партии даже раньше Сталина (1921 г.), но не был членом Политбюро. Чтобы он стал им, надо было изгнать из Политбюро Троцкого, Зиновьева и Каменева. В борьбе за их ликвидацию отдал Сталину не только свои личные способности, но и всю душу.
