открытых и скрытых нарушителей железной дисциплины...;
перерожденцев, срастающихся с буржуазными элементами;
карьеристов, шкурников...; морально -разложившихся...;
пассивных, не выполняющих обязанностей членов партии..."
Под одну из таких категорий можно подвести любого коммуниста - от высшего бюрократа и до рядового члена партии - если бы была необходимость в его ликвидации.
В устав был введен впервые и другой важный для ЦК пункт. В нем говорится :
"60. Члены партии, отказывающиеся правдиво отвечать на вопросы Комиссии партийного контроля, подлежат немедленному исключению из партии".
135 "КПСС в резолюциях...",1953,ч.II,стр.779
136 Там же, стр. 777. 137 Там же, стр. 787.
Выборность секретарей партийных организаций, которая, начиная с середины двадцатых годов, была простой формальностью, превращается теперь и юридически в назначенство сверху, но ЦК партии до сих пор назначал лишь секретарей обкомов, крайкомов и ЦК национальных компартий. Секретари райкомов назначались соответствующими обкомами. В соответствии с постановлением ноябрьского пленума ЦК ВКП(б) 1934 года, назначать и смещать и этих секретарей имеет право только ЦК, то есть его организационно-инструкторский отдел. В названном постановлении сказано138: "Обязать обкомы, крайкомы и ЦК нацком-партий представить... на утверждение ЦК ВКП(б) всех секретарей районных комитетов партии..."
Такова была обстановка в партии, когда 1 декабря 1934 года коммунист Леонид Николаев убил коммуниста Сергея Кирова в коридоре Смольного в Ленинграде.
VII. ВЕЛИКАЯ ЧИСТКА
На эту тему написаны десятки, если не сотни книг. Во всех этих книгах неизменно ставился один и тот же вопрос: почему Сталин пошел на столь чудовищный террор не только против народа, но даже и против собственной партии, когда ни в народе, ни в партии уже не было даже намека на какую-либо организованную оппозицию против режима? "Революция пожирает своих детей", "великий эксперимент требует великих жертв",- отвечали одни. "Сталин сумасброд, деспот и садист",- отвечали другие. Теперь дан и третий ответ Хрущевым в его "закрытом докладе" на XX съезде КПСС13(Г:
"Сталин смотрел на все это с точки зрения интересов рабочего класса, интересов трудящегося народа, интересов победы социализма и коммунизма. Мы не можем сказать, что его поступки были поступками безумного деспота. Он считал, что так нужно поступать в интересах партии, тру- дящихся масс, во имя защиты революционных завоеваний. В этом-то и заключается трагедия!"
Первые ответы ищут закономерности в исторических аналогиях или в личных качествах человека. Последний ответ ищет алиби для соучастников сталинских злодеяний, хотя и правильно подчеркивает, что Сталин далеко не был "безумным деспотом". Однако Сталин не был и политичес
138 Там же.
139 Н. С. Хрущев. "Доклад на закрытом заседании XX съезда
КПСС", стр. 59.
ким актером, который повторял на русской сцене давно заученные роли из старых трагедий - деспотов, тиранов или даже термидорианцев - лишь бы все шло "согласно истории". Да, он апеллировал и к истории, но чтобы брать из нее то, чего не было, но должно было быть для успеха дела. Апеллировал не столько к успехам исторических фигур своего характера (если вообще были таковые), сколько к урокам их конечных падений, чтобы избежать самому этой судьбы. По этой части, конечно, мы не найдем никаких прямых указаний ни в "Сочинениях" Сталина, ни в "разоблачениях" Хрущева. То было некое устное "руководство, как захватить, удержать и расширить личную власть", куда Сталин не разрешил бы заглянуть не только нам, но и своим близким ученикам.
Но странное дело: одну из страниц этого неписанного "руководства" Сталин все-таки огласил как раз людям, которые находились вне политики советским художникам. Я придаю этой одной странице больше значения, чем всем книгам и речам Сталина, чем всем книгам и речам о Сталине, если мы хотим понять внутренние мотивы и найти психологический ключ к террористической практике Сталина в тридцатых годах. Речь идет о беседе Сталина 24 февраля 1947 года с народным артистом СССР Н. К. Черкасовым и известным кинорежиссером С. М. Эйзенштейном. Беседа эта изложена в книге Н. К. Черкасова "Записки актера".
Прежде всего - о подлинности самой беседы. Критикуя Сталина за "не марксистский" характер его взглядов по излагаемому вопросу, один из видных старых советских историков профессор С. М. Дубровский констатирует1411:
"Книга "Записки актера" Н. К. Черкасова была подготовлена к изданию при жизни И. В. Сталина. Никаких возражений ни со стороны последнего (!), ни со стороны лиц, присутствовавших на указанной беседе, не последовало. Очевидно, изложение беседы считалось правильным".
К чему же сводилось содержание беседы?
Н. К. Черкасов свидетельствует141:
"Говоря о государственной деятельности Ивана Грозного, т. Сталин заметил, что Иван IV (Грозный) был великим и мудрым правителем, который ограждал страну от проникновения иностранного влияния и стремился объединить
140 "Вопросы истории", 1956, No 8, стр. 128.
141 Н. К. Черкасов. Записки актера. Москва, 1953, стр. 380-382.
