К этим "ошибкам" журнал "Коммунист" вновь вернулся уже в феврале 1957 года, разбирая вопрос о том, были ли правильны постановления ЦК 1946-1948 годов в области литературы и искусства ("ждановщина"). Писатели, художники и композиторы особенно резко критиковали многие из установок этих постановлений как "последствия культа личности" и голого администрирования в области художественного творчества. Разумеется, ЦК не мог согласиться с такой критикой, особенно после польского и венгерского опыта. Но ЦК не мог и полностью настаивать на них даже после этих событий. Слишком уже велико было давление самих писателей, слишком уже ярка была сталинская печать на этих постановлениях. В статье "Коммуниста говорится:
"Ленинские принципы руководства в области литературы и искусства как раз и направлены против какой-либо "опеки", против вмешательства в процесс художественного творчества. Разумеется, последствия культа личности не могли не отразиться на литературе и искусстве. В период, культа личности Сталина были и элементы (!) администрирования, и необоснованной резкой критики, и т. п... Перегибы перегибами, однако основное направление... состояла в осуществлении марксистско-ленинских принципов..."338
Но редакция "Коммуниста" хорошо знает, что труден возврат к ждановщине - сталинщине в литературе... отсюда ряд оговорок и отступлений от названных постановлений. Журнал пишет:
"Но марксизм-ленинизм требует конкретного исторического подхода ко всякому явлению, в том числе и к различным партийным документам, принятым в определенной исторической обстановке. Было бы грубейшим формализмом, начетничеством применять каждую букву этих постановлений к новой обстановке, к новым условиям... некоторые их положения устарели, некоторые нуждаются в уточнениях"339.
К числу неправильных положений журнал относит:
идеализацию Ивана Грозного в постановлении ЦК о фильме "Большая жизнь";
неправильную характеристику чеченцев и ингушей в постановлении ЦК об опере "Великая дружба" Мурадели (все это было связано с известным явлением культа личности - пишет журнал);
неправильную и резкую характеристику выдающихся советских композиторов (Шостакович, Прокофьев, Хачатурян, Шебалин и др.);
"Что же касается,- продолжает журнал,- таких административных мер в постановлениях ЦК о журналах "Звезда" и "Ленинград", как запрещение печатать Зощенко,Ахматову и "им подобных", то эти меры были сняты самой
жизнью"340 .
В новом журнале ЦК "В помощь политическому самообразованию" уже расшифрована стыдливая формула, широко пущенная после развенчания Сталина,формула
336 Н. С. Хрущев. "Доклад на закрытом заседании XX съезда КПСС", стр. 3.
337Там же, стр. 54.
338"Коммунист", 1957, No 3, стр. 15.,
339Там же, стр. 21.
340Там же, стр. 22.
"марксизм-ленинизм". Формула "марксизм-ленинизм" отныне означает:
"Наши великие учителя - Маркс - Энгельс - Ленин"34'. Выключенный из этой семьи Сталин, однако, был "предан марксизму-ленинизму", боролся за теорию и практику коммунизма, но журнал оговаривает:
"Мы знаем также и те серьезные ошибки, которые он допустил в последний период своей жизни, и которые наша партия успешно преодолевает"342.
В том же номере журнала помещена критическая статья о работе Сталина "Марксизм и языкознание"343. Такой же критике подвергается и "военный гений" Сталина. "Красная звезда" 6 марта 1957 года в статье, посвященной "ленинскому военному гению", не только не нашла у Сталина никаких заслуг, а подвергла критике так называемое сталинское учение о "постоянно действующих военных факторах"344.
В общей оценке "заслуг" и "ошибок" Сталина в области теории все еще нет единой линии, существует несвойственный "генеральной линии" разнобой, который, очевидно, отражает разнобой во мнениях по данному вопросу в самом коллективном руководстве.
Общий итог критики "теоретических трудов" Сталина сводится к следующему: Сталин отныне не классик марксизма-ленинизма, а лишь марксист-ленинец, выдающийся, но и ошибающийся.
VI. ВОЗВРАТ К СТАЛИНУ
Кардинальное внутреннее противоречие в разоблачении культа и преступлений Сталина заключалось в том, что 1) в области практики сталинские методы террористического правления объявлялись незаконными, антипартийными, тогда как без них нельзя управлять режимом диктатуры и им, только им, коммунизм обязан своим существованием и в СССР и в сателлитах; 2) в области теории - сталинскому теоретическому наследству, особенно его теории о классовой борьбе в период социализма и его концепции о "врагах народа", объявлялась война, как антиленинской и антипартийной теории, тогда как по этой части Ста
341"В помощь политическому самообразованию", 1957, No 1, стр. 5.
342Там же, стр. 8.
343Там же, стр. 127-131.
344"Красная звезда", 6.3.1957.
лин был просто незаменим в деле обоснования текущей коммунистической практики теоретическими догмами; 3) в области морали - сталинское вероломство, подозрительность и двуличие выдавались за личные качества диктатора, тогда как эти качества и составляют тот "моральный кодекс", которым органически пронизана вся философия господствующей системы.
