Можно ли доказать фактами и документами, что сталинские чистки служили не только ликвидации действительной оппозиции в партии, но и предупреждению всякой потенциальной оппозиции? Можно ли доказать, что сталинские чистки в конечном счете и главным образом служили для:
1) ликвидации старой партии Ленина,
2) создания новой партии Сталина.
Даже те документы, которые доступны нашему анализу, подтверждают, что это было именно так.
Обратимся к этим документам.
В ноябре 1928 года пленум ЦК по докладу Молотова "О вербовке рабочих и регулировании роста партии" постановляет развернуть одновременно две кампании:
1) прием новых членов партии,
2) чистка старых членов.
В этом постановлении говорится[100]:
"1. Добиться, чтобы не позднее конца 1930 года в партии было не менее половины ее состава из рабочих от производства…
5. Проверка и чистка организаций от чуждых элементов… должна производиться гораздо более решительно и более систематически" (курсив мой. А. А.).
Сталину нужны "рабочие" от производства, но не от политики. Ему нужны голосующие, а не думающие рабочие.
Думающие рабочие, старые кадровые коммунисты ленинской школы переводятся в разряд "чуждых элементов" и подлежат "более решительной и более систематической" чистке.
К началу 1929 года — в разгар борьбы с Бухариным — в партии было 1 500 000 членов и кандидатов. Это была весьма разношерстная масса. Общее у них это признание принципов ленинского большевизма. Для них лишь Ленин был и оставался единственным авторитетом. Но Ленина нет. Они настроены весьма подозрительно и в отношении тех, кто стремится в Ленины. В значительной степени на этом сорвались и претенденты в Ленины — Троцкий, Зиновьев, Бухарин… Борьба за ленинизм тоже велась под знаменем "коллективного руководства" против принципа "единого вождя". Под этим знаменем выигрывал, собственно, и Сталин. Однако наступает время, когда Сталин и аппаратчики начинают открывать свои карты: "Сталин — Ленин сегодня"! В ушах значительного большинства партии это звучит как "святотатство". Для признания Сталина "Лениным сегодня" партия слишком думающая, слишком разнородна. Нужна новая, генеральная чистка, чтобы сделать ее однородной, послушной, "монолитной". Поэтому в апреле 1929 года XVI партийная конференция принимает по докладу Емельяна Ярославского постановление о проведении "генеральной чистки". В нем говорилось[101]: "Эта чистка рядов партии должна сделать партию однородной" и очистить ее от всяких чуждых элементов, "разоблачая скрытых троцкистов и сторонников других антипартийных групп". В постановлении делалась ссылка на Ленина по поводу чистки 1921 года. Он указывал тогда, что партию надо очистить от меньшевиков, считаясь с голосом беспартийных рабочих. Но эта ссылка на Ленина в новых условиях, когда чистка должна была быть проведена, считаясь с требованием не рабочих, а аппаратчиков, чистка не от меньшевиков, а от большевиков, приобретала совершенно иное значение, весьма ярко подчеркивая и цель самой чистки. Вот что говорилось в этой ссылке[102]: "Если бы нам действительно удалось таким образом очистить партию сверху донизу, "невзирая на лица", завоевание революции было бы в самом деле крупное".
Само это решение, с точки зрения устава, было незаконным. Конференция партии была совещательным органом. Ее постановления приобретали силу партийного закона лишь после утверждения ЦК. Но ЦК не имел права объявить чистку партии без решения съезда. В этом как раз и был весь секрет — Сталин решил созвать съезд партии после ее "генеральной чистки". В постановлении конференции так и говорилось: закончить чистку партии к XVI съезду. Разумеется, съезд партии, подготовленный в условиях такого партийного террора, должен был быть первым "монолитным" съездом. Массовые чистки сопровождались массовыми приемами новых членов партии. Это легко установить из официальных данных. Так, на XV съезде партии (декабрь 1927 г.) было представлено 887 233 члена партии. Но за время с XV по XVI съезд партия выросла, по данным Сталина, почти в два раза. При этом рост этот идет в порядке ударной кампании, то есть искусственно. Сталинцы прибегают к необычным для них чрезвычайным мерам массовой вербовки новых членов с тем, чтобы радикально изменить состав и политическое лицо партии. Все это выдается за выражение "доверия рабочего класса" сталинскому руководству. Это обстоятельство Сталин и подчеркнул на XVI съезде[103]:
"Я уже не говорю о таких признаках роста доверия к партии, как заявления рабочих о вступлении в партию целыми цехами и заводами (курсив мой. — А. А.), рост числа членов партии в промежутке от XV съезда до XVI съезда более чем на 600 тысяч человек, вступление в партию за первый лишь квартал этого года 200 тысяч новых членов".
Этот искусственный рост партии "целыми цехами и заводами" происходил, как указывалось, наряду с "генеральной чисткой" старых ее членов.
