А он что хотел? Здоровяк мой главный гвардеец, пока что. Ему нужно много чар. Защита от магии и звука, нужны, чтобы после каждого столкновения с «крикнями» (мне, в отличии от Брайана, понравилось это слово, забавно звучит) не приходилось его пересобирать. Гибкость - равно спрятанные, защищённые движки. Прочность, ну тут понятно. А магическая напитка – общая оптимизация всех зачарований. Когда я ещё собирал внутрянку Здоровяка, мы болтали с Дамьеном о зачаровании. Он и объяснил, что магические руны, неважно нарисованы они чернилами или сразу потоками работают лучше, если находятся в подходящей среде. То есть, если деталь напитана магией под завязку, то и чары работаю лучше. Объём этой «завязки» зависел от физического объёма детали, его геометрии, стихийной чистоты магической энергии и «чего-то ещё». Последнее – это цитата, офигенно точное определение, но, как пояснил Дамьен, магия слишком переменчивая материя, чтобы в ней можно было что-то достоверно измерить. Как по мне, они просто не смогли создать нормальных «измерялок».
В общем, сейчас на плавильне работало несколько гремлинов, отливая детали корпуса для Здоровяка. А вот движки я собирал вручную, а потом вместе с Дамьеном усиливал их магией. На удивление, получались они даже лучше изначальных, хоть точность процесса и хромала на обе ноги. Но магия успешно перекрывала недостатки техники. Правда, как представлю, насколько мощнее можно их сделать... Эх, мечты-мечты. Сейчас то напитка всех деталей производится «грязной» маной из окружающего фона. Да, гремлины могут её немного очистить, но именно не много. Мне нужно разрабатывать магическую теорию, чтобы совершенствовать эту часть своих технологий. А пока – не до этого.
Так день и прошёл, мы проверяли детали на принятие Здоровяком, процент отбраковки был приятно низким, и всё, что не подошло тут же отправлялось на переплавку. Безотходное производство – это топ.
А между тем, на моём лице расплывалась ехидная ухмылка. Дамьен ещё не представляет, что я ещё для него задумал. Но он точно «обрадуется».
***
Весь прошлый день Криг занимался с Брайаном. Вопреки ожиданиям Майка, уже вчера они начали отрабатывать тактические приёмы. У Эми хватало вычислительных мощностей не только на задания Мастера, но и на другие действия, например, запись их тренировок. Всего лишь надо было найти в обломках сохранившийся модуль связи и вот, сломанный экзоскелет не только тренирует Крига на «воскрешение» Машины, но и разрабатывает навык «тактического взаимодействия» для всех Машин. Да, обучение шло медленно, но шло.
Другие гремлины завидовали Кригу, ведь в каком-то смысле он понимал Дух Машины лучше, чем даже Проф с Креатом. Каждый раз вселяясь в технику, он душой ощущал скрытую мощь любого механизма. Он не понимал, КАК действует Машина, вместо этого он ощущал, ЧЕМ она является. Тот механизм, который мастер называл скорпионом был приятной Машиной, немного слабовольной, по мнению Крига, но на каком-то глубинном уровне он уважал даже самые слабые Проявления. Но кумиром был естественно Здоровяк. Когда магическое пламя сжирало Машину изнутри Криг не чувствовал боли. Не чувствовал он и страдания механизма. Вместо этого он ощущал мрачную, скорее даже стальную решимость Машины выполнить задачу. И он слился с этой решимостью, восхищённый её незыблемой мощью.
С тех пор он сильно потерял в способности создавать механизмы, зато он ощущал их суть. Он видел, чувствовал и, вселившись, БЫЛ логическими связями этой техники. Машина прекрасна тем, что практически бессмертна. Её воля к жизни столь несокрушима, что даже получив критические повреждения – Она жива. Для его коллег, сломанный механизм – набор запчастей, которые нужно починить, для него же – это не более чем расшатанные детали. Зачем чинить, если можно приладить их обратно?
Разрушение машины он видел нарушением связей между её элементами, которые, по его желанию, вновь вставали на свои места и продолжали свою вечную задачу. Да, его сил хватало ненадолго. Пока что. На с каждым разом это давалось всё проще.
За его восхищение красотой и вечностью, Машина поделилась с ним кусочком своей природы. Неважно, надо скрепить детали или не дать им расшататься – и то и то можно сделать усилием воли. С тех пор любой механизм, в котором он находился, становился крепче, надёжнее и выносливее. Жаль Мастер не может увидеть красоту своих творений так, как видел их Криг.
Хотя насчёт последнего он засомневался, когда во время ночного боя почувствовал Мастера. Не так как раньше. Мастер был как гремлины, вселён в технику. Все гремлины думали, что их Мастеру это недоступно, но Криг знал, Мастер так может и может лучше, чем они. Он кое-как удержался от того, чтобы сразу броситься на помощь Мастеру. Машина дисциплинирована. Он тоже. Поэтому сначала он предупредил командира, а потом…
