- Это отличает труса от храбреца. И это отличает нас от тех же волков, которым пытается уподобиться Эзус. Ведь только человек может совершить что-то настолько нелогичное, как помощь своему врагу, – я закончил свою речь и вновь перевёл взгляд на чудовищную битву.
Рука дворфа постепенно ослабла и медленно сползла с моего протеза, но, судя по взгляду, авантюрист отыскал что-то в моей речи. Нашёл какой-то ответ.
А меж тем сражение минотавра и Брута лишь усиливалось. Каждый выжимал из себя всё, если раньше чудовище пыталось временами защищаться от бритвенно-острого кинжала руками, то сейчас попросту игнорировало его, пытаясь зацепить слишком верткого противника секирой или когтями с зубами, но необычайно быстрый авантюрист продолжал избегать атак.
За всё прошедшее время он так и не использовал своей странной магии, что минус, но... слишком уверенно он сражается. Не осторожничает, вернее сказать.
- Брут, сколько можно бегать?! – я решил продолжить выводить из себя своего противника, ведь так он совершает на тридцать три процента больше ошибок, начиная медленно закипать. А ошибки ведут к провалам. – Может, ты наконец покажешь наблюдающей за нами публике, что такое авантюрист твоего уровня?! Или мне приказать своему питомцу заканчивать играться с тобой?!
Я услышал, как он цыкнул. Или же мне просто показалось? Хм, его точно взбесили мои слова, но он сумел сохранить концентрацию. Нужно придумать что-то, что точно выведет его из себя.
- Удивляет! Воистину удивляет! Эзус настолько низко пал, что держал при себе... тебя! – продолжил я, добавив в голос побольше печали и разочарования. – Держал такого слабака без чести! Ты ведь даже минотавра победить не можешь?! Разочарование для всех авантюристов третьего уровня!
Вот теперь мои слова ударили в слабейшее место Брута – прямо в его гордость. Они подействовали, как резкая боль, заставив опытного авантюриста оступиться, поскользнувшись на чёрной крови минотавра, которая была разлита практически по всей арене.
И чудовище не собиралась упускать возможности добить своего врага.
Секира резко вошла в шею Брута, начисто срезав голову парня... но жизненно важная часть тела истаяла в воздухе чёрными всполохами, а авантюрист появился прямо над перекошенной от ярости мордой чудища.
- [Тёмное пламя!] – кинжал Брута вспыхнул чёрным пламенем и удлинился, после чего парень с боевым криком рубанул призрачным клинком по твари, попытавшейся защитить своё лицо когтистой лапой.
Он активировал свой магический кинжал и теперь, на неизвестный мне отрезок времени, у него не кинжал, а меч, хм. Причём очень острый меч.
- Гра-г-а-а! – болезненно взревел минотавр, отходя на несколько шагов назад. Перед ним валялась перерубленная в запястье рука, а из культи единым потоком шла кровь, причём травма и не думала заживать, полыхая потусторонним огнём.
Через левую часть морды монстра проходила пылающая царапина, зацепившая глаз – Бруту удалось ослепить разъярённое чудище на один глаз.
Я нахмурился и подскочил, почувствовав неладное. Интуиция кричала, что идёт опасность... и она не заставила себя ждать – из левого прохода бежало шесть минотавров, размахивающих каменными мечами и угрожающе порыкивая.
- Придётся поработать люцерной, – произнёс я, поднимаясь на ноги и начиная разминать плечи.
Я в последний раз взглянул в сторону Брута. Его смуглое лицо побледнело, дыхание спёрто, а движения стали менее плавными... менее быстрыми.
Подействовал ли мой яд? Или же это плата за использование его странного заклинания? Хм, время покажет.
Я вновь взглянул на стайку спешащих тварей, после чего поудобнее перехватил люцерну и рванул им навстречу, начиная закручивать своё оружие.
- Поздравляю, тебе удалось победить моего питомца.
Я медленно шагал в сторону тяжело дышащего Брута и минотавра, валяющегося в небольшом озерце собственной крови. Тёмная тварь была лишена всех конечностей, но чудовищная регенерация позволяла монстру держаться за тонкую ниточку жизни, продолжая хрипло дышать и порыкивать изрядно ослабшим голосом.
- Жаль, – произнёс я, присаживаясь у морды своего Творения. – Жажда жизни пробудила в тебе душу и позволила сражаться ради своего Хозяина. Своего Творца...
Я издал свой лучший вздох, наполненный напускной грустью и вселенской скорбью, после чего смахнул пальцем капельку крови, стекающую по окровавленной морде, и резкими движениями нарисовал у себя на лбу крест, прикрывая глаза.
- Спи спокойно, друг, – в следующую секунду остриё пики вошло в висок чудовища, прерывая его жизнь.
Хм, чудесно. Мне удалось забрать часть опыта за убийство усиленного минотавра. Брут даже и не думал мне мешать, продолжая ловить своё изрядно подкошенное дыхание, да и не напал бы он на меня, ведь я не нападал на него во время битвы с «питомцем», хотя мог.
К тому же он просто не мог сейчас на меня напасть, опять же, из-за своей извращённой формы «чести», так как я прощался со своим «боевым товарищем» и высказал сострадание, лишив чудовище мук. Или что-то вроде этого, хм.
