На «evviva» (ура) прошло и моё предложение об переоборудовании нескольких итальянских сухогрузов во вспомогательные крейсера ПВО для Черноморского флота СССР, вооружённых четырьмя двуствольными установками 100-мм универсальных орудий «100 mm/47 Mod. OTO 1924/1927/1928», 40-мм зенитными автоматами Виккерса («Пом-Пом») и спаренными 13,2-мм пулемётами «Бреда». Кроме этого, они будут иметь мощные кран-балки для спуска-подъёма 22-ух тонных десантных барж и катапульты для запуска гидросамолётов.
Два таких корабля переоборудуют сами итальянцы, ещё два – на советских судостроительных верфях, из предоставленных итальянской стороной судов и артиллерийских зенитных установок.
Цена сделки – миллион тонн нейти (примерно столько же предоставляется в год Германии), который я пообещал поставить на Апеннинский полуостров до первого сентября этого года.
Причина такой сверхуступчивости Муссолини - отнюдь не его «блестящие» умственные способности (хотя, они тоже присутствуют), а нефть. Своих месторождений фашистская Италия не имеет и полностью зависит от поставок из-за рубежа. До войны поставки топлива были в основном из Румынии и СССР и, даже в то время - являлись совершенно недостаточными. Например, к моменту вступления этой, скажем - не совсем великой и могучей страны в межъевропейские разборки, её Военно-морской флот имел запасов мазута всего лишь на девять месяцев войны. Дуче же, считал что конфликт продлится не более трёх месяцев и даже «раскулачил» своих моряков в пользу «сапогов» и промышленности.
Когда же война затянулась, а Румыния оказалась под Гитлером, Италия в целом и её вооружённые силы в частности, оказались буквально «на подсосе».
В такой ситуации, человеческому разуму свойственно уповать на чудо. И стоит только этому «чуду» (или его видимости) забрезжить на горизонте…
Из-за соображений секретности – прежде всего от соглядатаев Гитлера, тайные переговоры начались в Одессе – столице Еврейской автономной области. Уверен: в этой местности - критический минимум сторонников Гитлера, могущих слить ему наш с Дуче небольшой договнячок. Когда они будет завершены, надеюсь – в самое же ближайшее время, я вылечу в этот город на подписание договора.
Условия договора должны быть выполнены итальянской стороной до 15-го мая. Тогда встречные поставки советской нефти начнутся 22 июня 41-го года.
Как я заверил итальянского посла Аугусто Россо:
- Ровно в четыре утра.
***
Следом (на полтора месяца раньше, чем в «реальной истории») был подписан «Пакт о нейтралитете» с Японией, для чего с одноимённых островов в Москву прилетела довольно представительная делегация во главе с министром иностранных дел Ёсукой Мацуокой…
Если я неправильно просклонял его имя и фамилию, да пусть меня простит их Микадо.
Переговоры о самом Пакте велись в основном товарищем Вышинским, возглавляющим Департамент иностранных дел СССР. Я был лишь на подписании.
Но вот переговоры об секретном приложении к нему – вёл сам, не доверив это архиважное дело никому.
Итак…
Сроком на десять лет, японской стороне предоставляются новые концессии (нефтяные, угольные, лесные, рыбные и прочие) на советской половине Сахалина и даже на материке, с отчислением в нашу пользу двадцати процентов добытого.
СССР «де-юре» признаёт и устанавливает нормальные дипломатические отношения с японской марионеткой – государством Маньчжоу-Го. В свою очередь Япония – с Монгольской Народной Республикой и, с…
Об этом чуть позже.
Советский Союз прекращает оказывать помощь гоминдановскому правительству Китая во главе с Чан Кайши и, разрывает с ним все виды межгосударственных отношений. В ответ Квантунская армия прекращает боевые действия против «Освобождённых районов», контролирующийся китайскими коммунистами во главе с Мао Цзэдуном…
Впрочем, для меня это не самое главное.
Главное в том, СССР передаёт Японии полторы тысячи танков – тысячу Т-26 и пятьсот БТ-7, получая взамен сто пятьдесят десантных барж «Дайхацу» и столько же малых барж «Сёхацу»…
Здесь я продешевил, да!
Ведь первоначально, за один Т-26 я просил полтора «Дайхацу», а за БТ-7 залуплял сразу семь…
Но представители японского флота и армии, на харакири клялись, что больше дать не могут – им самим воевать надо. И слёзно умоляли дать им поблажку. А про большие десантные баржи - «Току дайхацу», способные взять на борт двадцать две тонны груза, они вообще даже разговаривать отказывались. Их производство только-только началось
И действительно: выше головы самурай не прыгнет – как бы громко он не вопил «Кий-я-а!». С середины тридцатых и до конца Второй мировой войны, японские верфи смогли наклепать лишь три с половиной тысячи таких судёнышек.
Хрен с вами, «золотые рыбки»!
И я сделал скидку и причём – довольно значительную.
Но это была лишь аппетитная наживка, за которой прятался острый, прочный крючок.
