- Так говорите так, чтоб Вас я понимал правильно.
Осторожно, даже мне оказалось что сын графини мне подмигнул:
- У нашего Фюрера остался какой-то неприятный осадок от некоторых действий Советского правительства в последнее время.
«Включив дурака» на полную, недоумеваю:
- В письме Фюрера ни про какой «осадок» не сказано. Ни про неприятный – ни про наоборот… Доставляющий одно лишь удовольствие.
С хорошо видимым огорчением, что я его не понимаю, посол:
- Я ж говорю – «слухи».
- Хорошо. Что «по слухам», как глава Советского государства - я должен предпринять чтоб Германия забыла даже думать о начале войны с СССР? Объявить всеобщую мобилизацию?
Тот, аж подскочил:
- Это недружеский акт, напротив, приведёт к немедленной германо-советской войне!
Удивлённо:
- Вот, как?! А почему всеобщая мобилизация объявленная Швейцарией с началом Европейской войны, не привела к «немедленной» германо-швейцарской войне?
- Эээ…
Как началась Вторая Мировая война, Швейцария мгновенно провела всеобщую мобилизацию, и поставила под ружьё 450 000 человек — то есть, практически десять процентов своего населения. Мало того, швейцарцы нарыли хрензнат сколько окопов и противотанковых рвов, настроили до хрена и больше укреплений и, засели в них с твёрдой решимостью стоять до конца.
А их военное руководство издала приказ:
И всё!
Хотя германский Генштаб разработал аж четыре(!) плана «блицкрига» (последний под кодовым наименованием «Ёлочки»), против этой маленькой – но горной страны, но приступить к их реализации так и не решился.
И Швеция тоже, кстати: 11 апреля 1940-го года - после германской оккупации Дании, минировала свои западные территориальные воды и провела всеобщую мобилизации, увеличив численность своих вооружённых сил со 110 тысяч до 320 тысяч солдат и офицеров.
И ничего ей за это не было.
Как лиса из басни Крылова, Гитлер облизнулся и заявил, что «сей виноград – зелен».
Слышу:
- Das ist eine ganz andere Sache!
Переводчик перевёл:
- Это – другое дело!
Хотя германский язык благодаря ещё «той» первой тёще и её желанию свалить на историческую Родину, я понимаю достаточно хорошо (хотя и не так хорошо, как английский), всё же переспросил:
- Он так и сказал – «это другое дело»?
Получив тотчас подтверждение, согласно кивнул:
- Хорошо! С мобилизацией – тем более всеобщей, это я конечно погорячился. Какие мероприятия кроме неё, могли бы укрепить советско-германскую дружбу?
Посол не задумываясь отвечает:
- Официальный разрыв дипломатических отношений с Данией, Бельгией, Норвегией, Грецией и Югославией44.
Типа задумываюсь:
- С первыми тремя странами понятно – они оккупированы вашим Вермахтом и потеряли суверенитет. А вот с Грецией и, особенно с Югославией… Мне будет очень трудно объяснить советскому народу, почему мы разругались с сербами – из-за которых в прошлую войну, пролили столько крови. Может Вы, господин Шуленбург, предоставите мне хоть какие-то соображения?
Тот, лишь улыбнулся:
- Таково пожелание Фюрера!
Тоже улыбаюсь, типа не жалко:
- Хорошо… Мы с товарищами подумаем. Тем более, что нынешний кабинет министров Югославии - проводит пробританскую политику. Что ещё?
Думал, начнёт что-то жевать мне про Финляндию и её никель… Ан, нет:
- Англия проиграла эту войну. Но с отчаяньем утопающего она хватается за каждую соломинку, которая в ее глазах может служить якорем спасения. И одной из таких «соломинок» является континентальная блокада Объединённой Европы. Ваша же страна по мнению Фюрера неосознанно… Я подчеркиваю, господин Сталин: неосознанно! Играет на руку британским плутократам, затягивая поставки нефти и особенно зерна. Он сказал: «Мы за скорейшее достижение мира. Нет на свете народа, больше чем германский народ желающий мира! Пусть русские дадут нам необходимое и война закончится за пару месяцев, так как Черчиллю не на что будет надеяться».
На манер девочки Алисы, думаю:
«Всё страньше и странее».
Как можно миролюбивее отвечаю:
- Советский народ не меньше германского народа желает жить в мире и в согласии со своими соседями. Но это ещё не значит, что ради мира он готов вымереть с голоду. На дворе, как сами можете убедиться – весна: запасы прошлого урожая подходят к концу, а нефть архиважна нужна для посевной.
Положив руку на сердце:
- У нас нет лишнего зерна и нефти – больше того, чем мы уже поставляем. Увеличение поставок нефти возможно лишь после завершения посевной. Зерна – только осенью, после уборки урожая…
Развожу руками и с видом донельзя сожалеющим:
- …Так что придётся вашему Фюреру, малость потерпеть с концом войны.
Не поняв сказанной с серьёзным выражением лица подначки, посол разглагольствовал далее:
