Прошло две недели с того момента, как мы наслаждались друг другом. И я выдыхаю, когда вспоминаю ту неловкую встречу с мамой. Она выглядела удивлённой, но ей быстро понравился Джастин. Если быть честной, то кому он может не понравиться?
Сейчас я сижу здесь и считаю секунды. Осталось меньше десяти минут, и мы должны встретиться с Джастином. Сегодня мы забираем Шону, которая светится от счастья. Во-первых, она отлично перенесла операцию, во-вторых, парень, который ей нравится, находится рядом, следовательно, почему же не быть счастливой? Я улыбаюсь от мысли, что с ней всё хорошо.
— Ты постоянно сравниваешь себя с другими, — голос миссис Маккой выводит меня из мыслей.
Женщина, которая считается моим личным психологом, задевает очень сложную для меня тему. Я всегда сравнивала себя с другими, потому что больше я ничего не могла с собой поделать. Девушки поступили в университеты, уехали в другие города и живут сейчас счастливой жизнью. Мне захотелось ударить себя, потому что Джастин дарит мне столько положительных эмоций, что я не должна жаловаться на что-то. Но мой ребёнок всё ещё мёртв.
— Почему я не должна это делать? — спросила я.
Она любила быть мозгоправом.
Когда я пришла к ней впервые, она сказала мне, что я должна рассказать ей подробности той ночи, когда я потеряла ребёнка. Я сделала это, правда, я больше не улыбалась в тот день. Мне всегда больно вспоминать об этом, а здесь я должна была кому-то рассказать всё.
Миссис Маккой делает глоток зелёного чая, а потом начинает говорить:
— Сравнения между двумя людьми несут негативный опыт, они приносят разочарование, жалость к себе и низкую самооценку. Ты не сможешь найти в мире двух одинаковых людей. Один прекрасно зарабатывает, а у другого любящая семья. Понимаешь? Ты потеряешь свою индивидуальность, если будешь на кого-то смотреть. Знаешь, что меня раздражает? — я склонила голову, внимательно слушая её, — То, что мир придумал идеальность. Барби. Множество девушек хотят иметь такие же блондинистые длинные волосы, стройную фигуру и красивую внешность. Но это неправильно. Мы личности. Мы те, кто создаёт современное общество, и мы не можем быть одинаковыми. Нужно принять тот факт, что у каждого из нас есть недостатки, но и о достоинствах не нужно забывать. Ты понимаешь, Али? Ты — личность, которая живёт в двадцать первом веке. Ты не должна себя приравнивать к другим, потому что ты другая. Ты отличаешься от них. У них, например, нет такого заботливого мужчины, — на этих словах я улыбаюсь и опускаю взгляд на свои руки. — Он любит тебя?
Я задерживаю дыхание, потому что не могу ответить на этот вопрос.
— Наверное.
Миссис Маккой задумчиво поджала губы, разглядывая меня.
— Какие у вас с ним отношения?
Я не хотела говорить с ней на эту тему, потому что сама ничего не знала. Мы вместе проводили время, но я не знала, было бы уместно говорить, что я — его девушка. Он не предлагал мне быть ею, поэтому я опустила взгляд на свои руки.
— Он хорошо относится ко мне, — всё-таки сказала я, изучая свои тонике пальцы, ногти которых были покрашены в бежевый лак.
— Как думаешь, почему влюбляются люди?
Я сглотнула, обдумывая её вопрос. Она казалась мне чересчур умной, что меня напрягало.
— Может, связанное что-то с эмоциональным состоянием?
Миссис Маккой улыбнулась мне и кивнула, Боже, эта женщина любила, когда я говорила. И, кстати, это её слова, так что я ничего не выдумала сейчас.
— Это одна из причин. Бывает такое, что люди общаются ради эмоциональной поддержки, поэтому человек легче справляется с трудностями или страхами, а потом это перерастает в любовь и заботу.
Я внимательно посмотрела на Миссис Маккой, обдумывая то, что она только что произнесла. Это казалось реалистичным, потому что Джастин помогал мне, поддерживая, как мог. Я улыбнулась только от одной мысли, что скоро увижу его.
— Ты принимаешь противозачаточные средства? — неожиданно спросила женщина, и мой удивлённый взгляд нашёл её.
— Эм, нет, — не сразу ответила я, потому что тема любви быстро перешла к сексу, а я не была к этому готова.
— Какие контрацептивы вы используете?
Я выдохнула и посмотрела на часы, которые располагались позади Миссис Маккой, оставалось больше пяти минут.
— У нас не было…
Я не стала договаривать, потому что почувствовала, как кровь приливает к щекам, окрашивая их в ярко-красный.
— О, хорошо, — она закрыла моё личное дело, и положила красную папку на стол. — Я могу тебе выдать направление, хочешь? Ты сможешь получить противозачаточные или другие контрацептивы.
Я вежливо отказалась, потому что понимала, что нам это пока что не нужно. Когда я стояла в лифте и думала о том, что она сказала во время сеанса, меня пробивала дрожь. Потому что каждое её слово было правдой. И я понимала, что у меня снова нет настроения, после этих разговоров я чувствую себя подавленной, но я обещала себе, что стану нормальной.
