Тот вечно молод, кто поётЛюбовь, вино, ЭротаИ розы сладострастья жнётВ веселых цветниках Буфлера и Марота.Пускай грозит ему подагра, кашель злойИ свора злых заимодавцев:Он всё трудится день-деньскойДля области книгопродавцев.«Умрёт, забыт!» Поверьте, нет!Потомство всё узнает,Чем жил и как, и где поэт,Как умер, прах его где мирно истевает.И слава, верьте мне, спасётИз алчных челюстей забвеньеИ в храм бессмертия внесётЕго и жизнь и сочиненья.
Первая половина марта 1817
<p>«Тебе ль оплакивать утрату юных дней?..»</p>Тебе ль оплакивать утрату юных дней?Ты в красоте не измениласьИ для любви моейОт времени еще прелестнее явилась.Твой друг не дорожит неопытной красой,Незрелой в таинствах любовного искусства.Без жизни взор ее – стыдливый и немой,И робкий поцелуй без чувства.Но ты, владычица любви,Ты страсть вдохнешь и в мертвый камень;И в осень дней твоих не погасает пламень,Текущий с жизнию в крови.<p>Дмитрий Веневитинов</p><p>1805–1827</p><p>Послание к Рожалину</p>Я молод, друг мой, в цвете лет,Но я изведал жизни море,И для меня уж тайны нетНи в пылкой радости, ни в горе.Я долго тешился мечтой,Звездам небесным слепо верилИ океан безбрежный мерилСвоею утлою ладьей.С надменной радостью, бывало,Глядел я, как мой смелый челнПечатал след свой в бездне волн.Меня пучина не пугала:«Чего страшиться? – думал я. —Бывало ль зеркало так ясно,Как зыбь морей?» Так думал яИ гордо плыл, забыв края.И что ж скрывалось под волною?О камень грянул я ладьею,И вдребезги моя ладья!Обманут небом и мечтою,Я проклял жребий и мечты…Но издали манил мне ты,Как брег призывный улыбался,Тебя с восторгом я обнял,Поверил снова наслажденьямИ с хладной жизнью сочеталДуши горячей сновиденья.
1825
<p>Яков Полонский</p><p>1819–1898</p><p>Качка в бурю</p>
