Пока я шел и смотрел на битву Межгалактических гигантов, опрокинув голову, споткнулся и упал. Песок тут же обжог мне все открытые части тела, а добрый холодный ветер пытался потушить ожоги. Думал: споткнулся о какого-нибудь представителя песчаного океана или уже ноги начинают коситься, однако на самом деле это было какой-то предмет, обмотанный в легкую черную ткань. Выкопав, я развернул все тряпки и увидел… Череп! Череп юпитирианина- большой лоб и глазницы велики! Тут отбросил голову куда подальше. Жуть. Вот и первая встреченная мною жертва пустыни, которая оставила на мне глубокое впечатление. Адреналин накатил меня с ног до головы, я быстро встал и так же скоро побежал уже дальше.
Потом я пожалел о своем марафоне. Жажда. Мне хотелось пить уже несколько часов, но с собой не было ни миллилитра. Мозг отключился от недостатка влаги. Ая не слушал, не слышал, не мог слышать. Уши оглохли. Все тело отказало, и лишь ноги шли по инерции, не ощущая судорог. Руги не чувствовали ожогов, я не понимал, что весь красный. Из-за всех чудес этой пустыни, которые восхитили и ужаснули меня, я не понимал, что стал таким же неживым странником без ног и глаз, обмотанным не в тряпку, а в футболку, разодранные спортивные штаны и кожаную куртку. Я упал, не заметив боль от пылающего песка, и потерял сознание. Конец…
Глава 17
Конец чего? Жизни? Тогда почему я думаю об этом? Пустыни? Тогда почему я ничего не ощущаю? Времени? Время не умирает, у него нет конца. Тогда конец чего? Почему я задал себе этот вопрос? Почему подумал про конец? Почему прихожу в ярость от своих же вопросов?
Ай. Ай, где ты? Если я могу думать, значит, и с тобой разговаривать могу.
Я жив?
Где я?
Ты хоть что-нибудь знаешь?
От тебя хоть какая-нибудь польза будет?
Еще одна?
Кто-то еще есть в моей голове?
Ай? Ай!
Я могу услышать свое эхо. У себя в голове…
Глаза вновь не открывались, да и не могли. Усталость, словно боец единоборств накинулся на меня сверху и не позволяет сделать ни малейших движений. Я не чувствовал ни рук, ни ног, ни тела- ничего. Лишь собственное сердцебиение и мысли посылали хоть какие-то сигналы жизнь.
Ай.
Прости…
Так сразу?
Так я значит твой информатор?
Чувствую себя использованным.
Видимо, ты паразит.
Это тебя не задевает?
Ясно…
Еще немного я остался в тишине.
Слушай… А чем ты занимаешься у меня в голове, помимо игры с ,,птичками”.
И как исследования?
Дверь?
Духовный мир?
Точно…
Я вспомнил Голу и ее рассказ о пребывании в том самом душевном мире.
А ты видел двадцать одного пилота в своем духовном мире?
Секрет?
Что это?
Ясно…
Вдруг голова стала поддергиваться. Все в черепе затряслось, и я, до этого летая или просто нависая над ничем, падал. Из пустоты в глубины все того черного ничего, которое существовало в моем сознании. Ая не звал, ведь понимал, что под звуки беззвучного землетрясения и краха мои жалкие мольбы о помощи в моей же голове будут бессмысленными. Я падал, ощущая только одно- страх. Пытался вновь взять свои мысли под контроль, но ничего не получалось. Пустота в моей же голове поглощала сознание и думу своего же хозяина. Так вот, каково это умирать, имея лишь одну жизнь…