Опасный пустой, которого собирались судить, был взят под стражу предыдущим днём. Он тихо пошёл с ними, хотя далеко не радостно, и бросил своё оружие с выражением презрения. На допросе по его ответам были подтверждены выводы, сделанные во время поверхностного исследования: он звал себя Улькиорра Шиффер, раньше он был частью армии арранкаров Соуске Айзена, и он умер в битве против Ичиго Куросаки. Как он вернулся к жизни таким, какой он есть, не проходя через Сообщество душ и не реинкарнировав в абсолютно нового человека, он и сам не знал.
Был лишь один человек, принимавший участие в тех событиях, который, как знало Сообщество душ, обладал способностью воскрешать из мёртвых.
Орихиме Иноуэ, семнадцать лет, жительница города Каракура. Её старший брат, Сора Иноуэ, умер и жил Руконгае. Орихиме работала в булочной и посещала местную старшую школу, где у неё были одни из лучших оценок. Она дружила с Ичиго Куросаки и Рукией Кучики, квинси по имени Урю Исида и с другим наделённым способностями человеком по имени Садо Ясутора. Вместе с этой компанией она проникла в Сообщество душ и послужила причиной неурядиц в Уэко Мундо — потенциальное «дезертирство», которое, учитывая новое преступление, вовсе и не было похищением.
Согласно докладу, написанному Рецу Уноханой, отношения между Орихиме Иноуэ и Улькиоррой Шиффером соотносились с отношениями пленницы и похитителя. Они встретились один раз перед так называемым похищением, и разные синигами засвидетельствовали, что это было враждебное столкновение, вылившееся в ранение человеческой девушки. Она провела неопределённое количество времени вместе с Шиффером, будучи в заключении в Лас Ночес, но их встречи не были долгими. Ей был сделан выговор, её принудили сотрудничать, и она атаковала одного арранкара, который по словам Иноуэ «перешёл черту». Никакого физического или сексуального насилия; наоборот, похоже, Шиффер не позволял остальным арранкарам причинять боль девушке.
Доклад оканчивался утверждением, что Иноуэ никогда не считала Шиффера своим врагом и не испытывала никакой враждебности по отношению к нему, хотя она и не примирилась с его поступками.
Всё это было учтено Советом сорока шести, пока они ждали, когда девушку приведут на их суд.
***
В мыслях Улькиорры не было ни тени сомнений, что вскоре он умрёт. Снова.
Его удивляло лишь то, насколько сильно его заботило это. Не так уж давно он вступил в состояние небытия, самого счастливого состояния души. Но сейчас он испытал иное, в нём, словно язва, появилось чувство, что у него украдут нечто прекрасное.
Вкратце, хотя он и знал, что умрёт, он бы предпочёл иной исход.
За прошедшую неделю много что произошло. Каким-то образом он стал человеком, нашёл Орихиме Иноуэ и стал жить с ней, его заставили попробовать различные виды зубной пасты, он съел неопознанные субстанции, его на несколько часов приковал к себе телевизор (в котором люди вели себя ещё безбашанней, чем его новая сожительница), и наконец его арестовало Сообщество душ и привело в общую камеру, где он останется, пока Совет сорока шести не назначит дату казни. Этого было достаточно, чтобы довести человека послабее него до слёз.
Но хотя он и не совладал полностью со своими эмоциями, Улькиорра не собирался тут расчувствоваться и заплакать перед синигами, которых он мог бы перебить с закрытыми глазами. Он и так пожертвовал своим достоинством, когда согласился на их условия.
Когда за ним послали, чтобы привести в зал суда, он накинул на себя самое невозмутимое выражение лица и последовал за стражей вверх по лестнице. Из того, что сказал ему разговорчивый Гин Ичимару в Уэко Мундо, следовало, что Совет сорока шести был непоколебим, словно сталь, а это означало, что заставить их изменить своё решение можно было только, взорвав их к чертям собачьим. Ичимару тогда загоготал в два раза сильнее, оставив Улькиорру без ответа на вопрос, что же такого смешного он сказал. Теперь он понял шутку, но смеяться всё равно не хотелось.
И когда он вошёл в зал суда, никто иная, как Орихиме Иноуэ повернулась, чтобы взглянуть на него, побледнев и слегка задрожав, он захотел вернуться назад во времени и вырвать язык Ичимару.
***
— Орихиме Иноуэ, — начал голос откуда-то сверху. Честно говоря, то, что они были скрыты за табличками вызывало в ней неопределённые и даже глупые чувства. Если бы обстоятельства не были такими ужасными, она бы уже давно разразилась хихиканьем. — Вас обвиняют в сокрытии опасного преступника, и вины своей Вы не признаёте. Всё верно?
— Да… Сэр?
— Не соизволите ли объяснить, о чём Вы, чёрт возьми, вообще думали? — раздался шквал голосов, возмущавшихся из-за использования таких грубых выражений по отношению к девушке. Неважно, преступница она или нет. Орихиме взглянула на Улькиорру. Похоже, он был не меньше судей заинтересован в её объяснении, хотя он не стал долго прожигать её взглядом.
— Я думала, что… Улькиорра — не опасный преступник.
Это вызвало очередной отклик толпы, и вскоре уже кто-то перекрикнул толпу:
