— Например… деньги? Думаю, если я найду подработку во время учёбы в университете, то я смогу всё оплачивать, — он качнул головой. Она снова покраснела. — Е-если это насчёт нас, то ещё рановато впадать в пессимизм, — ей показалось, что она увидела слабый намёк на улыбку, который тут же поблёк.
— Я уверен, что бы ты ни делала, ты во всём преуспеешь. Вот только о себе я не могу такого сказать.
— Ммм… — Орихиме положила подбородок ему на плечо, — чем хочет заниматься Улькиорра-кун?
— Не знаю.
— Должно быть что-нибудь, — она наклонила голову.
— А его нет, — произнёс Улькиорра резче, чем хотел. Он почувствовал, как она отстранилась, но так же быстро вернулась в исходное положение, кладя подбородок ему на руку. — Всё это время я изучал поведение людей, пытаясь понять, что такое быть человеком, даже пытался в какой-то степени вести себя, как человек. Но я упустил возможность стать человеком.
— Это неправда…
— В чём причина моего существования? Ради чего я снова вернулся к жизни? — Орихиме сжала его руку сильнее. — Сначала всё, чего я хотел, — это узнать, каково это быть человеком, и сделать всё, что могу, для тебя, кто подарил мне такую возможность. Я думал, что если и буду так себя вести, то буду доволен. Но после всего того, что я прочёл, исследовал, испытал и пережил в этом мире больше, чем за год, я по-прежнему продолжаю отделять себя от остальных. Я многое приобрёл, но человеческая сущность не относится к этим вещам.
Они долго сидели молча, шум дождя почти что слился с хаосом в из головах. Орихиме глубоко вздохнула, отчаянно ища что бы сказать, что подошло бы в этой ситуации, что смогло бы смягчить разлад в душе Улькиорры. Она представила его в зеркальной комнате, окружённого отражениями ничего, где на самом деле что-то должно было быть. От этого у неё на глазах появились слёзы.
— Улькиорра-кун, — прошептала она, изо всех сил стараясь выстроить слова в правильном порядке. — Может, тебе так и не кажется, но то, что ты испытал, — важная часть жизни человека, — из-за грома задрожали окна. — Никто не рождается, зная наперёд о своём предназначении. Когда мне было пять, мне хотелось быть водителем гоночного болида. Сейчас мне восемнадцать, и я ни на шаг не приблизилась к получению водительских прав.
— Ты нашла что-то другое, к чему можно стремиться.
— Ну да, но у меня ушло больше десяти лет, чтобы взвесить все варианты. Как ты и сказал, ты прожил здесь всего лишь год, — она приподнялась и повернула его голову, чтобы он смотрел на неё. — Знаешь, что? То, что ты не открыл в себе человека, приближает тебя к людям намного больше, чем всё остальное.
Улькиорра накрыл её ладонь своей, жалея, что не может подобрать слова, которые могли бы описать то облегчение, которое он испытал. Вот он, беспокойствами из-за незнания всего доведший себя до болезни, и всё, что ему было нужно для спокойствия, — слова женщины о том, что ему не надо всё знать. Замешательство, сомнение, самоанализ… Всё это было очень по-человечьи.
Возможно, ответы не придут прямо сейчас. Может, у него уйдут годы на то, чтобы исследовать каждый уголок своего сердца, но по крайней мере у него есть к чему стремиться. И по улыбке женщины он мог сказать, что ей тоже не терпится узнать, каким человеком он станет.
К тому времени, когда ливень прекратился, Улькиорра выиграл состязание по рассказу историй при помощи печального рассказа о чудовище, который заставил Орихиме заплакать.
========== Предложение ==========
С наступлением весны третьегодки местной старшей школы вступали в последние недели их школьного образования, и можно было почувствовать смешавшиеся друг с другом воодушевление и злость в воздухе, переполненном лепестками вишни. Улькиорра улавливал отрывки разговоров подростков в форме, которые ошивались в магазинчике Урахары после уроков. Младшеклассницы страдали из-за приближавшегося расставания с привлекательным сэмпаем, друзья детства давали клятвы частенько встречаться, несмотря на разлуку, а возлюбленные с тоской смотрели на лица друг друга. Для Улькиорры всё это было не в новинку: женщина в последнее время проводила больше времени со своими друзьями, что его не беспокоило, ведь ему не надо было тащиться с ней.
Этим днём после полудня было довольно прохладно, настолько прохладно, что Уруру и Дзинта вышли на улицу, соревнуясь в том, кто подметёт больше лепестков вишни. Обычно Улькиорра был бы доволен, но в этот раз он остался работать за кассой, а ведь ещё остались незавершённые дела в подсобке. Поэтому, когда в течение пяти минут не появилось ни одного покупателя, он покинул свой пост, чтобы завершить опись непомеченных коробок, которые Урахара приволок за ночь.
Откуда брались эти коробки, что в них и куда они исчезали было одной из нерешённых загадок работы Улькиорры. Сначала ему было плевать: его задача — следить, чтобы ни одна из них не пропала, а не спрашивать об их содержимом и предназначении. Но он не мог отрицать того, что со временем его любопытство возрастало… Особенно после того дня, когда половина груза пахла парфюмом, а остальная часть пахла виноградным желе.
