«Мистер Хавертуэйт всегда неутомимо искал решения для удовлетворения постоянно существующей потребности в приспособлениях, способных улучшить наши спелеологические исследования. Однажды он изготовил небольшое изогнутое железное устройство, по форме напоминающее толстый крюк. Мистер Хавертуэйт приспособил его для крепления веревок таким образом, чтобы исследователь с большей безопасностью мог пользоваться более длинными. Замысел состоял в том, что эти железные части крепились к стене пещеры и к ним привязывались веревки. При подготовке к крутому спуску он прикреплял к крюку лестницу и страховочную веревку, на случай если лестница упадет».
Поднявшись, Олдройд вышел в прихожую, где висела куртка, порылся в кармане и достал пластиковый пакет с ржавым куском железа, найденным на месте преступления, – убежденный, что это важная улика, он повсюду таскал вещицу с собой. Судя по всему, к ним в руки попало одно из «железных устройств» Хавертуэйта. Но как оно оказалось в Отстойнике?
Олдройд продолжил чтение – и, к счастью, ответ не заставил себя долго ждать.
«Впервые мистер Хавертуэйт воспользовался этими устройствами для исследования Уинтерс-Джилл».
Олдройд ощутил, как участился его пульс. Уинтерс-Джилл всплывала в их разговоре с Саймоном Хардиманом. Система пещер, смежная с Джинглин-Пот.
«Экспедиция закончилась трагической гибелью мистера Альфреда Уокера. К сожалению, он не единственный встретил смерть. Год спустя умер также мистер Гарольд Лэзенби. Ни одно из тел до сих пор не нашли. Сам я никогда не принимал участия в исследованиях Уинтерс-Джилл. Мистер Хавертуэйт всячески меня отговаривал, рассказывал об опасности, и я склонен верить его словам. В конце концов даже самые доблестные исследователи перестали спускаться в эту пещеру».
Олдройд поднял глаза от книги. Значит, вот как… Любопытно. Теперь он понял, на что намекал Рамсден.
К сожалению, на этом записи сэра Уильяма Инглби по поводу Уинтерс-Джилл закончились. Но ведь должно же быть что-то еще. Может, зацепки кроются в стихах Хавертуэйта?
Олдройд отыскал раздел, содержащий творения поэта, написанные на местном диалекте. В них причудливо смешались одоподобные восхваления пейзажа долины и фрагменты странных диалогов, к примеру разговор между пастухом и овцой, не желающей пастись на определенном холме. Потом на глаза попалось жуткое сочинение о том, каково это – спускаться в глубокую шахту по ненадежной деревянно-веревочной лестнице, которую описывал сэр Уильям, имея в запасе лишь одну из «страховочных веревок» на случай, если лестница сломается.
ВО ТЬМЕ НАД БЕЗДНОЙКоль лестница рухнет вниз,Надежда спастись одна –Держись за веревку, друг,Пусть не подведет она!Вот тонкая эта нить,Качаясь, танцует во тьме,Она – твой единственный шансВернуться домой к семье.Крепка ли веревка в руках?Способна ли жизнь уберечь?Иль станет петлей палача,В которой ты встретишь смерть?Заметят несчастье друзья?Помогут взобраться наверх?Подтянут, чтоб вновь ты сумелСтупить на земную твердь?Иль ты соскользнешь во тьмуИ эхом раздастся крик,Неровные камни на днеПогибелью станут вмиг?И ты замедляешь спуск,Чтоб лестницу сохранить.Желания нет совсемВо тьме над бездной парить.
