В каком состоянии она после утренней травмы и нападения? Что там произошло? Правда ли, что Рапсодус сумел внушить ему чувства к девушке? Сколько эмоций из этого букета настоящие, принадлежащие исключительно самому Ноктису? И в курсе ли Лайтнинг своей роли в интригах Рапсодуса?
Сейчас эта сцена перед ним — тоже часть хитрой интриги? Чтобы окончательно добить его — желанием или ревностью? Насколько же далеко Лайтнинг готова зайти, чтобы выполнить задание по соблазнению наследника Люциса?
Ноктис не выдержал и сделал шаг в её апартаменты, прижимая отвернувшуюся от него Лайтнинг спиной к ещё более узкому коридору. Дверь за ним захлопнулась, наконец отрезая от общего зала.
В такой близости к Лайтнинг, памятуя, что на ней не так много одежды, слишком остро захотелось вдавиться в девушку всем телом, найти край этой майки, касаясь пальцами тёплой и бархатистой кожи, мягких и нежных мест на теле. Опустить голову и кончиком носа пройтись по линии скулы, вдыхая её запах, смешанный с запахом геля душа.
Лайтнинг же солдат первого класса и эмпат, как Рапсодус? Могла ли девчонка внушить принцу все это сама? Ноктис почувствовал резкую необходимость это проверить, но не успел ничего сделать.
Фэррон от неожиданного движения Ноктиса вся напряглась. Стресс снова запустил обостренные интуитивные реакции. Она почти почувствовала касания Ноктиса на тех местах, о которых он думал. Нежные, еле ощутимые и такие болезненные для девушки, которая их боится.
Что может быть отвратительней, чем почувствовать себя беззащитной в собственном жилье? Хотя к черту, какое это её жильё? Лайтнинг инстинктивно, заученным в академии от инструкторов по рукопашному бою движением скользнула вниз и, выпрямившись за спиной Ноктиса, вжала его лицом в стену. Надавливая на затылок и скручивая за спиной запястье парня в болевом приёме, она тихо заговорила:
— Ваше Высочество, мне плевать: вы человек, которого я должна охранять, или зарвавшийся аристократ, одичавший от своей безнаказанности. Если вы прикоснетесь ко мне без разрешения, я сломаю вам обе руки. Мы на Коконе. Здесь домогательства считаются преступлением.
Ноктис сглотнул горечь и выдавил про себя саркастичную фразу, адресованную Игнису: «Да, эта девчонка просто создана для задания по соблазнению…»
Он напомнил себе, что если бы захотел, то узкое пространство не помешало бы ему вызвать меч и убить того, кто на него нападает. А Лайтнинг просто защищается. Защищается от него, ведь повёл он себя неадекватно.
— Прости, — сказал Ноктис тихо и спокойно. — Не хотел тебя напугать.
Мягкие слова немного сбавили градус обороны Лайтнинг. Ноктис ведь ещё не переходил черту и не намеривался нападать на неё. Это её реакция, разогнанная инъекцией медиков, бурлила через край. Фэррон отпустила принца. Ноктис медленно повернулся к девушке.
— Не хотелось говорить в коридоре о покушении, — оправдал свои действия Кэлум, прижимаясь затылком к стене.
Лайтнинг изнутри прикусила щёку. Стоило признать, она превентивно напала на Ноктиса. Но ей ни капли не было стыдно.
— Я прошла подготовку солдата первого класса и знаю, что сейчас могло произойти, — сказала Лайтнинг, показывая, что у Ноктиса не получится её обмануть.
Настало время ему краснеть. Ноктис ведь сам убедил себя, что его желания — все-таки внушение Рапсодуса и Фэррон. Кэлум ещё не понимал особенности их способностей.
— Ты эмпат? — напрямую спросил Ноктис, стараясь теперь выяснить все словами, не прибегая к другим идиотским способам.
— Я интуит второго уровня, — сквозь зубы, ответила Лайтнинг. — Я с очень большой вероятностью могу предугадать развитие событий — особенно в экстремальных ситуациях.
Ноктис сощурился. Ну, хотя бы думать о сексе в её присутствии не запрещалось. А вот намереваться прикоснуться… поцеловать… Ноктис все равно не поверил.
— Утром тебя это не спасло от травмы, — сказал Кэлум, будто пытаясь поймать на лжи и убедить Лайтнинг, что он не попался на уловку.
— Я предупреждала, что это небезопасно… — зло оправдывалась Лайтнинг. Та ошибка жгла изнутри, она так не промахивалась с академии. — Если бы я не предугадала возможность выстрела и положение стрелка, мы бы не нашли сегодня снайпера.
Ноктис молчал. Собственно, чего он пытался добиться? Убедить Фэррон, что он не хотел прижать её к стене с последующим закономерным развитием событий в постели? Или убедить себя, что Фэррон не может предугадывать его действия?
Кэлум опять бродил взглядом по её фигуре, открытым плечам. Ноктис заметил красное пятно от удара:
— Что с плечом? — спросил принц, меняя наконец тему. Они стояли так близко, что он без труда мог коснуться кончиками пальцев её руки. Но Фэррон не дала, показательно перехватив его пальцы в миллиметре от себя.
— Неудачно увернулась от пули, — огрызнувшись, призналась она.
Ноктис сглотнул. Вот в чем её способности. Похоже, для Фэррон увернуться от пули было обычным делом.
— Я спасла сегодня вашу жизнь, — Фэррон попыталась наконец припечатать Кэлума с его недоверием, насмешками и издевательствами.
Ноктис же назло ей и себе улыбнулся.
