— Придурок, — еле слышно ответила она и дёрнулась вперёд. Кэлум не пустил.
Ноктис украдкой втянул воздух, пытаясь осознанно поймать запах Фэррон, но чертова симуляция лишала таких важных мелочей. Тяжесть её тела в этих насильственных объятьях сразу перестала быть такой привлекательной.
Во второй попытке вырваться Лайтнинг умудрилась ударить Кэлума локтем в живот. Ганблейд Фэррон сложился в карабин ещё до того, как она развернулась. Поворот корпуса к принцу, и она выстрелила прямо в его грудь.
Два коротких вздоха. Кэлум не успел осознать произошедшего, как мир вокруг начал рассыпаться на шестиугольные чешуйки света. Фэррон выстрелила в него?
Ноктису показалось это ошибкой.
Когда он снял свой виджет, Фэррон в зале уже не было. На полу лежал лишь брошенный шлем, как будто хозяин швырнул его в сердцах.
Гладиолус смотрел на принца с какой-то хмурой полуулыбкой на губах.
С одной стороны Амицития, как человек, который воспитывал в Ноктисе воина, тренировал и учил фехтовать с самого детства, был горд. В этой сцене принц проявил себя во всей красе. И дело было не в приёмах или стратегии, которым Кэлум учился у Амицитии когда-то.
Учитель всегда гордится тем учеником, который может и хочет учиться, а Ноктис… Порой он казался до отвратительного ленивым и инертным, не желающим ничего делать. Эта апатия жила в нем вместе с умением играючи выполнять любое задание. Сочетание, которое выводит из себя любого преподавателя.
И редко случалось, что Ноктиса захватывала какая-то сложная тема. Тогда Гладиолус наблюдал, как Кэлум делает нечто невероятное, с неумолимой силой идёт напролом и берет вершину, которая казалось недоступна никому. Сейчас Ноктис за один бой разложил и препарировал стиль Фэррон, будто решал очередную задачку.
С другой стороны…
— Я бы на месте Фэррон тоже тебя прибил, - пожал плечами Глад. Голос его, как и улыбка, были смесью грусти и усмешки.
***
Игнис, отодвинув от себя тарелку, наблюдал, как Ноктис молча и ожесточенно ест свой немаленький завтрак, даже не поднимая головы.
— Глад, может ты поведаешь мне, отчего у Ноктиса сегодня такой отменный аппетит?
Принц откинул вилку и, пока промакивал губы салфеткой, услышал ответ Амицитии:
— Ну, ты же знаешь Нокта — хорошая тренировка, и он ест и спит за троих.
Раздражало. Ноктиса этим утром раздражало всё — и отвратительная проницательность Игниса, от которого ничего нельзя было утаить, и то, как Гладиолус сдал его с потрохами.
— Мы тренировались все утро с Фэррон и провели час в этом гребанном Вирт-бое, — резко ответил Ноктис, оставив за скобкой невысказанное «Теперь ты доволен, что я сам тебе все рассказал?»
Аппетит Игниса, кажется, был испорчен. Он смотрел на Ноктиса с явным укором. Гладиолус же — единственный, кто не утратил интереса к своей еде. Орудуя столовыми приборами, он сказал:
— Не волнуйся. Честно говоря, после произошедшего, я думаю, Лайтнинг скорее выстрелит Ноктису в голову, чем даст…
— Заткнись, — Ноктис сказал это громче, чем следовало. И поймал взгляд Игниса на своей руке, сдавливающей нож так сильно, что костяшки побелели.
Кэлум действительно порой не мог остановиться, идя к цели. Иногда извилистыми путями перескакивал, изворачивался, но тем или иным способом Ноктис добивался своего.
Он хотел наконец выяснить, что же представляют из себя солдаты первого класса. Хотел ответить за боль, которую ему принесли вчерашняя сцена на пороге Фэррон и эта бессонная ночь. Хотел и получил. Но какой ценой? Его преследовало отвратительное чувство, что он, заигравшись, не заметил, как сжёг тонкий мост, соединяющий его и Лайтнинг.
После неловкой паузы Глад все-таки закончил:
— Ты же знаешь, как Ноктис может вывести из себя.
Игнис отвёл взгляд в сторону и произнес:
— Вы оба идиоты. Я бы предпочёл, чтобы Ноктис и дальше безнадежно заглядывался на Фэррон, тому, что на Коконе останутся записи с информацией, как он ведёт бой.
Ноктиса почти ударили эти слова. И здесь Игнис увидел заговор. И здесь Ноктис повелся на чью-то удочку. Снова Кэлум превращается в глупого ребёнка стараниями советника. Но было в небрежных словах Игниса что-то ещё. Шиенция никогда не говорит ничего просто так.
Пока Кэлум молчал, Игнис бросил многозначительный взгляд на Амицитию:
— Я не это имел в виду, когда просил отвлечь внимание Рапсодуса на себя, - растравляя в словах нужные акценты, сказал он. — Впрочем, неважно. Что сделано, то сделано. Дом для нас наконец подобрали. Сегодня мы покинем базу.
— Почему «безнадежно»? — наконец со злой усмешкой спросил Ноктис. Игнис повернул голову к нему. Сразу стало ясно, что он специально бросил эту фразу и ждал, когда Ноктис клюнет.
Игнис начал пространно и издалека:
— Солдаты первого класса всем хороши. Кроме того, что управлять ими могут только те, кто превосходит их в эмпатии и интуиции. Слишком умные, чтобы быть «живым мясом».
— Это ты к чему сейчас? — спросил напряженный Гладиолус.
