— Мне правда будет жаль, если он вас обидит, — сказал Шиенция. Фэррон же нервно ущипнула себя за руку. Игнис выглядел искренним и милым, хотя она знала — он врет. Но она не чувствовала к нему неприязни, как к Рапсодусу. Тот обманывал, и его лесть укутывала и затягивала, как зыбучие пески.
Этот мужчина же… Она вдруг поняла, что таким выглядел ночью Ноктис, когда хотел ей понравиться. Словно у них с принцем один подход в тех случаях, когда нужно вызвать у кого-то доверие. И это осознание стало очередным пунктом ненависти к самой себе. Почему она вообще поддалась обезоруживающей харизме принца?!
***
— Отличная речь на утреннем собрании, — хмыкнул Зак вместо приветствия.
Он стоял, привалившись к одной из стен зала спиной, и смотрел за агентами, которые спаринговались. Лайтнинг не улыбнулась. Почему-то ей вспомнился Кэлум, который сказал, что она паршивый командир. Внутри зарождалась злость на него. Похоже, принц начал заполнять все её мысли.
— Мне так не показалось, — озвучила она свои сомнения.
Зак посмотрел на неё чуть более серьезно. Рука его опустилась на плечо Фэррон. Клэр впервые за долгое время вспомнила, что Зак выше её почти на голову и самый старший в их троице.
— Что происходит? — спросил он у Фэррон без малейшего следа былой улыбки на лице.
— Я не знаю…— голос Лайтнинг отвратительно дрогнул. Она осознала, что впервые за долгое время говорит с кем-то честно.
Ей хотелось уткнуться лбом в плечо Зака и просто зажмуриться, но то, что они были окружены агентами, не позволяло ей проявить слабость. Друг, читая карту её чувств, позволил себе коснуться рукой её головы, почти погладить.
— Что у вас с принцем? — спросил Зак. Лайтнинг так не хотела, чтобы в его голосе звучал упрёк или насмешка, но их и не было. Друг улыбнулся, лишь продолжив. — На собрании… Если бы он повесил на тебя табличку «Моё, руками не трогать» - это было бы равноценно.
Лайтнинг поёжилась. Ее брови собрались в тревожную линию. Подобного она не ожидала и не предсказывала. Она даже не знала, что на это сказать. Зак постарался ободряющее улыбнуться и сказал:
— Лайт, все должно быть просто. Если ты этого хочешь, то отношения — ваше личное дело, и ты не должна думать о мнении других. Если ты не испытываешь к нему ничего, то и его чувства не должны тебя трогать, — Зак говорил прописные истины, о которых она всегда забывала.
Лайтнинг запрокинула голову, поднимая глаза к потолку:
— Если бы все было так просто… — сказала она. В голове до сих пор не всплывало таких очевидных вещей. Все своё время она посвящала тому, что запрещала себе испытывать хоть что-то в отношении принца по тем или иным причинам.
— Жизнь становится проще, если проще к ней относиться, — пояснил свою философию Зак, оглядываясь на агентов, с очередным криком повалившихся на мат.
Лайтнинг прикрыла глаза. Она ведь не за этим откровением пришла к Заку.
— Объясни мне, почему охрана может следить за объектом так, будто его самого в чем-то подозревает… — очень тихо проговорила Лайтнинг, силясь хоть как-то, не переходя границ распространения дозволенной информации, объяснить то, что гложет её.
Зак посмотрел на Лайтнинг очень напряженным взглядом, взъерошил свои темные волосы и начал размышлять вслух:
— Делают вид, что защищают жизнь? А на самом деле нет?
Лайтнинг передернула плечами. Осознавал это Зак или нет, но его бездумные размышления более всего походили на правдивое утверждение.
— Я не знаю, что мне делать, — сказала Лайтнинг. Наверное, Зак - единственный, кому она могла открыть свою слабость. Даже Клауду она не стала бы говорить. Он всегда слишком глубоко сочувствовал ей, так что слеп от этих переживаний. Фейр же четко понимал, что за вопросом Клэр стояла верность Кокону. Так сложно подчиняться приказам, когда не понимаешь их смысла.
Зак должен был поддержать её как солдата. Сказать, что благо их мира для них прежде всего. Но, смотря Клэр в глаза, понял, что не сможет так предать друга.
— Для меня любое решение, которое ты примешь, будет верным, — улыбнулся Зак, обещая этими словами, что не отвернётся от неё, несмотря ни на что. Лайтнинг, качая головой, улыбнулась в ответ, будто все-таки отрицала его слова.
Зак же тише добавил, склонившись к её голове чуть ближе, чтобы она расслышала его в шуме тренировочного зала:
— И ты никогда не сомневайся и не жалей о своём выборе. Иначе зачем его совершать?
***
— Как прошла проверка? — Ноктис задал этот вопрос, когда стоял с Игнисом в холле у панорамного окна в правительственном здании. Принц только что произнёс перед советом, управляющим Коконом, ноту против экспансии Нифельхейма.
Это была первая встреча с Игнисом наедине и без слежки агентов. Кэлум больше не показывал свою злость на Шиенцию за то, что тот испортил ему разговор с Лайтнинг. Но Игнис знал, что принц всё ещё на взводе. В самую глухую оборону Ноктис уходил, когда был на грани бешенства.
— Не волнуйся, всё лишнее я скрыл, — сказал Игнис тихо.
Ноктис поднял на него взгляд: Шиенция так заискивающе подбирал слова, чтобы не задеть его.
