— В чем дело? — спросил он у друга, понимая, что тот готовит его к каким-то плохим новостям.
Игнис пожал плечами.
— Довольно забавно, что через подключение в штабе я не смог найти ничего стоящего, а вот через вторую сеть в доме, ту, что следит за тобой и отправляет все записи в Агентство, я наконец нашёл выход к компьютеру Рапсодуса.
Ноктис улыбнулся. Это была то ли победная, то ли грустная улыбка.
— Ты боишься, что это подстроено для нас? Думаешь, Фэррон специально дала тебе доступ к системе, чтобы ты нашёл эту информацию? — спросил, усмехаясь, Ноктис. Зная Шиенцию, легко можно было сочинить вселенский заговор. Неужели этот разговор лишь для того, чтобы заставить Ноктиса подозревать в заговоре Фэррон … Как предсказуемо.
Но Игнис качнул головой, отрицая это.
— Честно, я подозревал, что данные сфальсифицированы. Слишком дерзкий план затеял Рапсодус. Так что мне не хотелось в это верить. Но сегодня, когда Фэррон мне позволила подключиться… Нет, они не успели убрать доступ. Но то, что я нашёл на месте старой информации, слишком… отличалось.
Ноктис усмехнулся. Новая тактика? Теперь Фэррон помогла им раскрыть заговор?
— И что же нас ждёт? — спросил принц небрежно.
— Всё может кончиться уже через пару дней. Новое покушение произойдёт на приеме, и они готовят взрывное устройство. Но в целом это наиболее удачное время для нас, чтобы покинуть Кокон. И мы должны воспользоваться этим.
Ноктис сглотнул. Всего два дня. Он-то до сих пор думал, что продержится на этом чертовом Коконе хотя бы месяц.
Игнис помолчал некоторое время, будто решался продолжать ли.
— То, что было этим утром… Ты и Фэррон… — Ноктис напрягся. Где утренняя самоуверенность Игниса? Или эта очередная манипуляция… Теперь советник не предостерегает и не обвиняет. Он сожалеет.
— Это не твоё дело, — Ноктис сказал то, что должен был.
Игнис сглотнул, опустив взгляд.
— Я с ней разговаривал, — нехотя признался он.
Пульс Ноктиса сразу подскочил. Ему представилось, как Игнис со своим опытом переговоров препарирует Фэррон. Разрезает и вскрывает вдоль и поперёк все её страхи и мотивации и приносит Ноктису на блюде. Мерзко. Ноктису заранее стало больно за это надругательство. Он через выдох сказал:
— Иг, скажи, как ты со своей паранойей и верностью Люцису смог выстроить отношения с Аранеей? Она ведь принадлежит к армии Нифельхейма! — удар был ниже пояса, но, к чести Игниса, тот не стал оправдываться «Это другое!». Он молчал.
Шиенция всегда хорошо читал то, что на самом деле стоит за словам. Возможно, и Ноктис, и Лайтнинг не готовы признать, что за их эмоциями стоит то, чего больше всего опасался Игнис, но…
Ноктис же завёлся и в голове прокручивал ответы на любое возражение друга. Будто Игнис с его самоуверенностью уже сказал, что он настолько разумен и холоден, что может себе позволить играть с огнём. А Ноктис, как маленький ребёнок, рискует сжечь все вокруг из-за внезапной страсти.
— Меньше всего я хочу, чтобы ты прошёл через тот же ад, что и я, — признался вдруг Игнис. — Даже я не стану прогнозировать, чем и когда закончатся наши встречи с Аранеей, — довольно пространно объяснил Игнис.
Ноктис так и не расслабился. Просто принял очередное послание Шиенции: «Вот видишь, даже я не могу с этим справиться и боюсь…»
— Возможно, то, что у тебя с Фэррон ничего не произошло, и к лучшему,— вдруг сказал Игнис. — Ты ведь всегда знал, что мы не задержимся здесь надолго. Фэррон… Слишком принципиальна. Если бы у тебя получилось хоть что-то… Представь, как ей было бы паршиво после.
Ноктис зло мотнул головой, ей - вряд ли, ему - скорее всего. Он уже ощутил за те два дня, что она его избегала, весь предстоящий спектр чувств. Но в другом мире не будет даже её запаха, чтобы преследовать его. Возможно, Игнис и прав. К лучшему, что ничего не произошло. Ему проще будет все это забыть.
Ещё утром Ноктис радовался тому, что они с Лайтнинг неумолимо медленно идут к цели. Теперь он понял, что эта медлительность - единственное, что спасало его.
Всего два дня.
***
Эскорт принца вернулся поздним вечером. Лайтнинг опять наблюдала на экранах, как Ноктис и его охрана покидают воздушные машины. С ним в особняк прибыл и Рапсодус.
Принц, похоже, забыв об ужине, закрылся в кабинете на втором этаже с Генезисом один на один. Их разговор длился не так долго, минут пять, после чего принц вернулся в свою комнату. А Генезис пригласил Рейнса для разговора. Их беседа длилась уже не меньше получаса. В кабинете не было камер, и Фэррон лишь по записям из коридоров могла отследить, когда разговор закончился. Она вспомнила утреннюю угрозу Сида и теперь с злой улыбкой представляла, как он за дверью кабинета поливает свою начальницу грязью. Подонок…
Рейнс стремительно вышел, а Рапсодус, глядя в камеру над дверью, в передатчик сказал:
— Фэррон, подойдите, пожалуйста, к кабинету на втором этаже.
С экрана в искаженной перспективе Рапсодус смотрел на неё так пронзительно, будто на самом деле видел.
— Буду через три минуты, — ответила Лайтнинг, испытывая неприятное чувство от того, что не могла отказаться.
