Фэррон молчала, смотря ему в глаза. Она действительно никому не рассказала обо всем этом, даже Клауду и Заку. Не хотелось ни с кем делиться своей фобией относительно их объекта. Было слишком стыдно признаваться, что она кого-то вообще боится.
— С каждой минутой вы покоряете меня все больше и больше. В комплекте с красотой и умом имеется ещё и умение держать язык за зубами? — продолжал откровенно издеваться Рапсодус.
Как же неуютно чувствовала себя Фэррон, стоя в этой узкой комнате перед начальником, сидящим на стуле и поливающим её медовой лестью, пока взгляд его блуждал по ней.
— Это все, что вы хотели узнать? — не скрывая раздражения, спросила девушка.
— Фэррон, честно говоря, вы мне нравитесь. Но в свете последних событий — утечки информации из нашего агентства, любой человек, не умеющий держать язык за зубами, превращается в потенциального вражеского агента.
— И вы считаете, это я? — теперь усмехнулась Фэррон.
— Я верю вам, Клэр, — снова гипнотизирующе льстиво сказал он. От её имени, которым она долго не пользовалась, по спине пробежали мурашки. Фэррон стало ещё более мерзко.
Он наклонил голову набок, продолжая смотреть на неё. Долгая пауза, будто Рапсодус перекатывал на языке следующий вопрос.
— В вашем личном деле сказано, что вы интуит второго уровня? — спросил он. — Что вы почувствовали перед взрывом вчера?
Лайтнинг сглотнула от пробежавших по её спине мурашек:
— Я знала… За несколько секунд до взрыва я почувствовала опасность.
Рапсодус опустил глаза, и губы его впервые изогнулись не в улыбке. У всех солдат первого класса были ментальные способности, развитые подготовкой в Академии. Действительно, интуиция Фэррон редко подводила, вот только порой о её возмущениях Лайтнинг узнавала, когда было слишком поздно.
— И что вы сделали?
Новый вопрос — похлеще удара кнутом. Снова ответ: «Ничего» — щекотал нёбо. Признавать свои ошибки было непросто:
— Интуиция не может защитить от всего. У меня было слишком мало времени…
Рапсодус подумал ещё немного и наконец принял какое-то решение. Смотря ей в глаза, он улыбнулся:
— У меня есть некоторые планы на вас. Агентство полностью передало под мою защиту Кэлума, мне нужны проверенные люди для этого задания.
— Проверенные? Разве только что вы не сомневались во мне? — тихо, но сквозь зубы спросила Лайтнинг.
Рапсодус улыбался:
— Считайте, вы прошли проверку.
Он так легко отмахнулся от её возражений, что стало даже обидно. И она решила надавить сильнее:
— Думаю, вряд ли после случившегося принц будет рад видеть меня в числе своей охраны. Все-таки он спас меня, хотя моя задача была защищать его.
— Достаточно того, что я буду рад, — хмыкнул Рапсодус, снова натягивая свою приторную маску. — К несчастью, в нашей организации у агентов не может быть персонального мнения. Анджел передал вас под моё командование.
Лайтнинг поморщилась, но ответила:
— Да, сэр. Я могу идти?
Рапсодус совсем не по-военному вздернул бровь и будто специально, уже зная, как её раздражает этот тихий и вкрадчивый тон, сказал:
— Возвращайтесь домой. Соберите все, что считаете нужным. Для вас работает код «Красный» на ближайший месяц.
Фраза — «код «Красный» — ударила Фэррон. Мобилизация агента, переход на 24-часовое дежурство семь дней из семи, код секретности 001.
Рапсодус посмотрел на часы:
— В восемь я буду ждать вас в центральном штабе.
Лайтнинг молча козырнула и, развернувшись на пятках, направилась к двери.
***
Во рту пересохло, и он открыл глаза, прорычав сквозь зубы.
— Проснулся? — насмешливо спросил Гладиолус.
Ноктис потёр глаза, поднявшись с подушек.
— Где я? — спросил принц.
— В госпитале Кокона, — обводя рукой скудную обстановку, явно принадлежащую больнице, ответил Глад. — Ради тебя кто-то разнёс портал на Эдем, помнишь?
— С удовольствием забыл бы… — мрачно ответил Ноктис.
Все происходящее казалось плохим сном. План Игниса был идеально исполнен, ни одной ошибки или непредвиденных проблем, будто удача в тот день особенно благоволила им. Даже зона ожидания пустовала. И именно в тот момент, когда Кэлум поверил, что они справились, все пошло не так.
В этом смутном сне он слишком хорошо помнил неожиданный удар в плечо от девчонки, что так внезапно появилась в коридоре, то, как оглянувшись, он заметил светло-розовые волосы. А потом её тонкий силуэт на фоне купола. И то, как она оглянулась - странный, напряженный и растерянный взгляд ему показался беззащитным. Ноктис знал, что произойдёт взрыв, и меньше всего хотел, чтобы кто-то стал его жертвой. Особенно кто-то подобный этой девушке.
Кэлум успел заметить искаженное недовольством лицо Игниса. Тот явно не хотел, чтобы его принц рисковал. А сам Ноктис на одном инстинкте перескочил в подпространстве, сократив расстояние до девушки и дёрнув за руку, прикрыл собой. Второй прыжок взрыв окрасил алым цветом его крови. Лишь когда Кэлум оказался в холле, он почувствовал в своей спине осколки - не болью, скорее раздражением. Это злило, хотелось рычать, но он вдруг вспомнил… обнаружил — та девчонка лежит, прикрытая его телом. Он что-то сказал и поднялся.
