– Первым письмом пришло вот это. – он положил передо мной на стол конверт.
Открыв и увидев внутри свои снимки с проколотыми глазами, кровавыми разводами на шее и припиской снизу – "Самое дорогое потеряешь в первую очередь!", мне стало поистине жутко.
– Поэтому мы с мамой единогласно приняли решение нанять для тебя телохранителя. Он будет сопровождать тебя везде! И это не обсуждается. – пресек он все мои возражения на корню. – Инга предлагала отправить тебя к ней, но там я не способен контролировать ситуацию.
– Я никуда не поеду. У меня учеба. – буркнула в ответ.
Олеся.
– Кстати в университет тебя так же будет сопровождать Виктор. Скажем так, ты временно за ним почти замужем. – нервно усмехнулся своим же словам папа.
– Может он еще и в туалет со мной ходить будет?! – вспылила я.
– Если потребуется, будет. – нахмурив брови и немного повысив тон сказал мне родитель.
– Может я перееду обратно к тебе, и мы обойдемся без этого фарса? – скривившись переспросила у него.
– Это не фарс, а вынужденная мера! Я всего лишь хочу защитить тебя! Перестань вести себя как капризный ребенок и прими уже новую действительность. Помимо этого, наш дом могут вот-вот арестовать. Мы с Ириной пока перебрались в ее квартиру. – растерев лицо, устало ответил он.
Телохранитель сидел и молча пил свой чай. Словно, все что сейчас происходит, его не касается. Тут же у папы зазвонил телефон. Ответив он быстро попрощался и уехал решать очередные вопросы по бизнесу.
– Ну что же. Давай знакомиться. – недовольно произнесла я и протянула руку моему тело мучителю. – Олеся Михайловна Чернышева. Для своих просто Леся.
– Виктор Игоревич Фролов. Для Вас просто Виктор. – пожал он мою ладонь в крепком рукопожатии.
– Вы бывший военный? – попыталась расспросить мужчину о чем-то и наладить контакт.
– Да, но мы оставим эту тему. Мне бы хотелось обсудить обычный распорядок дня и все передвижения вне квартиры. Убедительная просьба, без моего ведома не выходить даже за газетой в подъезд. – начал он с первых пятнадцати минут знакомства вмешиваться в мою только наладившуюся жизнь.
– Может мне еще и о ночных походах к холодильнику отчитываться!? – вспылила я в ответ.
– В этом нет необходимости, мы будем жить вместе. – парировал он, а у меня просто отвисла челюсть.
– Что?! В смысле жить вместе?! – я вроде понимала, что такое развитие событий возможно и вполне логично, но в то же время было ужасно неприятно. Я только вырвавшаяся из-под отцовского крыла обрела не просто опекуна, а настоящую курицу – наседку. С которой буду теперь еще и жить вместе. Русский разговорный так и просился выйти наружу, но я смогла сдержаться. Я ведь девочка, мне не пристало выражаться, а то того и гляди, папе донесет. – А, где мне Вас спать укладывать? – выдохнув и чуть ли не скрипя зубами ответила ему.
– Диван вполне сгодится. Я неприхотлив. – ответил мне мужчина.
Я могла только позавидовать его спокойствию. Хотя, о чем это я. Он всего лишь выполняет свою работу. Ведь это не его жизнь превращается неизвестно во что.
– Серьезно!? Я думала Вы будете только днем меня пасти. – все же негодование просквозило в голосе.
– Пасут овец на лугу, а я здесь чтобы Вас охранять. В том числе и сон. Если недостаточно фотографий, то могу из личного опыта рассказать о том, что бывает с такими девочками как ты. Поверь, никто не будет церемониться с тобой, если все же дойдет до похищения. Едва ты окажешься в руках бандитов весь лоск и надменность спадет вместе с розовыми очками. – резко перешел на ты и уже более эмоционально ответил мне Виктор.
– Я не глупая курица, чтобы не понимать серьезность ситуации. Всего лишь хочу быть хозяйкой своей жизни. Но видимо у меня это не получится. – огрызнулась и ушла в ванную.
Мужчина промолчал, но по его мимике было понятно, что мои слова не произвели на него никакого эффекта.
Виктор.
Когда мне предложили работу я не рассчитывал, что придется иметь дело с взбалмошной особой женского пола. Все же на встречу с Михаилом Чернышевым я шел с полной уверенностью, что телохранитель нужен ему. В разговоре узнав о том, что охрана нужна его дочери, хотел отказаться. Не хватало мне еще слушать истерики избалованной куклы. Ее отец оказался весьма приятным собеседником и уверил что с девушкой проблем не возникнет.
Уже в квартире будущей подопечной мне искренне хотелось уйти. Ее поведение и слова все же подтвердили мою догадку о избалованности и недальновидности барышни. Но увидев искренний испуг в глазах девушки при виде фотографий, взглянул на нее под другим углом. Если вдруг с ней что-то случится, она просто не выживет.
– Потерплю. Мне всего лишь нужно не дать ей вывести меня на эмоции. Капризы и прочие выверты можно и переждать. Ей не 17, пубертатный период уже прошел. Так что все должно быть не так плохо, как кажется на первый взгляд. – уговаривал я сам себя. – Тем более оплата стоит того.
Мы с заказчиком приехали к девушке уже после окончания рабочего дня, но он все же уехал по делам. Оставшееся время девушка провела за учебой и подготовкой к занятиям на завтра.
